Книга Джо и Лори, страница 41 – Мелисса де ла Круз, Маргарет Штольц

— Думаю, с меня хватит сюрпризов. Может быть, не сегодня. – Она отвернулась и окинула взглядом широкую улицу. – Смотри, это же и есть то кафе? Подумать только, мы его искали, а оно было совсем рядом.

— Джо, послушай…

Она, не отрываясь, смотрела на двери маленького ресторанчика.

— И нам нельзя задерживаться. У нас же билеты в театр, помнишь? На оперу? Разве мало сюрпризов?

— Да, Верди, итальянский маэстро. – Его голос напрягся, как случалось всегда, когда он упоминал об операх, партии из которых исполняла его мать. – «Травиата», история падшей женщины. Итальянцы гордятся своими познаниями в этой области, если память мне не изменяет.

Момент был упущен – как всегда. В его голосе слышалась обида, и он помрачнел.

— Итальянцы итальянцами, а главный сюрприз ждет тебя завтра.

— Еще более удивительный, чем Мег и Брук? – Она ткнула его под ребра. – Пойдем, наедимся пирожных, напьемся до отвала чаю, и ты мне о нем расскажешь, Тедди. Пожалуйста. Сам знаешь, как тебе нравится портить сюрпризы. – Джо чувствовала, что упрашивает его, и не понимала зачем. Ей хотелось подобрать свои юбки и пуститься бежать.

Но было уже поздно. Зонт выскальзывал из ее пальцев. Лори забрал его у нее. И вместе с зонтом забрал волю и смелость.

«Не надо».

Зонт был у него со всеми своими сорока центами.

Собирался дождь. Ни ей, ни кому бы ни было другому не под силу его остановить. Такова суть дождя.

— Не бойся, – проговорил он.

— Я не боюсь, – отозвалась она. Затем повернулась и побежала.

Стол ломился от всевозможных сладких и соленых деликатесов, подаваемых к чаю в изысканном ресторане. Джо доедала третий по счету сэндвич с огурцом к тому моменту, как вошел Лори. Он опустился на стул напротив, бросив у ног намокший зонт, и встряхнул копной своих еще более промокших волос.

— Я никогда не пойму тебя, Джозефина Марч.

Джо протянула ему чашку «Эрл Грея». Она сумела взять себя в руки: где-то между вторым и третьим сэндвичем.

— Знаю, дружище. Сказать по правде, я и сама себя не понимаю.

— Но я не перестану пытаться, – проговорил Лори с грустной улыбкой.

— Надеюсь, когда-нибудь перестанешь. И я не обижусь на тебя за это.

Он вздохнул и вытащил из кармана жилета четыре бумажных прямоугольника, кладя их на мраморную столешницу и пододвигая к ней.

— Вот он, твой главный сюрприз.

Теплая волна облегчения растеклась по телу Джо, когда сменилась тема.

— Билеты? Еще одна опера?

Любовь Тедди к музыке была непритворной, и она не удивилась бы, если бы он водил ее по концертам каждый вечер, проведенный в городе. Музыкальная культура Конкорда оставляла желать лучшего, учитывая к тому же то, что детство молодого Лоренса прошло в Европе. Самому Лори композитором было не стать, – а Джо знала, что втайне ему того хотелось, – но это не мешало ему ценить чужой гений. Так же, как Джо ценила, когда он играл для нее.

— Не совсем, – улыбнулся он.

— Ах, Тедди, – покачала она головой. – Это слишком.

— Мой клятвенный долг, мадмуазель Марч. Я твой Маэстро Вдохновения, помнишь? А вдохновение, как выясняется – требовательный господин, особенно для писателя. И раз уж я взялся за эту работу, то каждый день должен приносить с собой новый вдохновляющий сюрприз. Разве не это я тебе обещал, уговаривая поехать со мной? – Он сделал глоток чая и прижал теплую чашку к своему окоченевшему лицу.