Книга Любовь в холодном климате, страница 104 – Нэнси Митфорд

Ее внешность все еще заставляла меня невольно вздрагивать, хотя пора бы уже было привыкнуть к ее сияющей улыбке, порывистым движениям и бледно-голубым кудрям, несколько редеющим на голове, но не безобразно, а как младенческие кудряшки. Сегодня она была без шляпы, а ее волосы фиксировала лента из шотландки. На ней были простые, но хорошо сшитые серые жакет и юбка. Войдя в залитую солнцем комнату, она изящным, стремительным, феноменально гибким движением скинула жакет, открывая пикейную блузку и совершенно девичью талию. Тогда как раз стояла теплая весенняя погода, и я знала, что они с Седриком часто принимают солнечные ванны в специально спроектированной им беседке, в результате чего кожа у нее довольно неприятно пожелтела и выглядела так, словно ее требовалось вымочить в растительном масле, дабы она не потрескалась. Ногти покрывал темно-красный лак, и это изменение было к лучшему, поскольку прежде они были бороздчатыми и не всегда чистыми. Старомодные кольца из посаженных в ряд огромных бриллиантов, оправленных в золото, которые прежде так чопорно украшали ее одеревенелые пальцы, сменились квадратными бриллиантами в окружении изумрудов и рубинов-кабошонов, бриллиантовые серьги тоже поменяли форму, приняв очертания ракушек, и еще больше бриллиантов сверкало в паре брошей у ее шеи. Соня выглядела сногсшибательно.

Но хотя внешность у нее так сильно изменилась, личность осталась той же самой, и за сияющей улыбкой («сыр!») последовал прямой и резкий взгляд.

— Это ваш ребенок так ужасно шумит, Фанни?

— Да. Он обычно не плачет, но его беспокоят зубки.

— Бедняжка, – вздохнул Седрик, – а он не может сходить к дантисту?

— Ну вот, я добыла вам подарок ко дню рождения, Седрик. Впрочем, он не может быть сюрпризом, поскольку занимает весь пол в машине. Похоже, там, у «Паркера», считают, что он вам понравится, – это книга под названием «Хранилище искусств Аккермана» или что-то подобное.

— Нет, не может быть! – воскликнул Седрик, очень характерным жестом стискивая руки под подбородком. – Как вы добры ко мне! Как вы догадались? Где вы его нашли? Но, дражайшая моя, жаль, что это не сюрприз. Подарки ко дню рождения действительно должны быть сюрпризами. Я не могу помочь Соне вникнуть в истинный дух дней рождения. Фанни, что же делать Герою?

Я подумала, что Герой неплохо преуспел. Леди Монтдор славилась тем, что вообще не дарила подарков, будь то день рождения или Рождество, и никогда не нарушала своего правила даже ради обожаемой Полли, хотя лорд Монтдор обычно компенсировал это, делая дочери сразу несколько подарков. Однако Соня осыпала дарами – и притом ценными – Седрика, и я хорошо видела, что ей это доставляло большое удовольствие.

— Но у меня есть для вас сюрприз в дополнение к книге – нечто, что я купила в Лондоне, – сказала она, ласково глядя на него.

— Нет! – воскликнул Седрик. Впрочем, у меня было ощущение, что его удивление – наигранное. – У меня не будет ни минуты покоя, пока я не выведаю это у вас. Ах, зачем вы мне сказали?

— Вам нужно только подождать до завтра.

— Но предупреждаю, что разбужу вас завтра в шесть утра, чтобы узнать. А теперь допивайте свой чай, дорогая, и идемте, нам пора возвращаться. Мне не терпится увидеть, что Арчи натворил со всей этой бронзой. Он сегодня занимается Булем, и у меня возникла ужасная мысль – представьте, что он по ошибке соберет из этих деталей грузовик? Что скажет дражайший лорд Монтдор, если случайно наткнется на огромный Буль-грузовик в Длинной галерее?