Книга Сюита №2, страница 54 – Наталья Гончарова

Она сомневалась в себе, сомневалась, что в ней достаточно сил для того, чтобы быть с кем-то. Она была так истощена, и физически, и морально, и со всей ответственностью понимая, что в отношениях надо делиться чувствами, эмоциями и счастьем, не была уверена, в том, что ей есть, что ему дать. Опустошенная и обескровленная, она нуждалась в том, кто вернет ее к жизни, кто трепетно и терпеливо отогреет и успокоит ее сердце и душу. Но хватит ли его любви, чтобы ждать, хватит ли его любви, чтобы быть терпеливым?

И решив рискнуть, несмотря ни на что, вверить ему свое сердце, она решительно отправилась в отель Руль.

Войдя в храм роскоши и достатка, она невольно съежилась в пламени блеска хрустальных люстр, осознавая, что не принадлежит к этому миру, и, пожалуй, никогда принадлежать к нему не будет. Администратор словно в подтверждении ее слов, окинув Анну взглядом знатока, который с первой минуты, может понять, что за сорт человека перед ним, высокомерно и надменно осведомился, что ей здесь нужно. Без капли любезности и подобострастия, коими еще минуту назад одарил, стоящую перед ней богато одетую даму.

— Простите за беспокойство. Мне нужен месье Маршалл. Мне назначена с ним встреча, — неуверенно произнесла Анна, и краска румянца залила ее бескровное от страха лицо.

— У вас? Встреча? — переспросил администратор с ухмылкой, — затем одернув сам себя, осознав, что, пожалуй, в своем высокомерии перестарался, и кто знает, кем эта дама приходится Месье Маршаллу. Тем более, что женщина хоть и бедна, но бесспорно все еще красива, а красота недолго остается в бедности, уж это в жизни неизменно, уже любезнее, хотя все еще с нежеланием говорить, произнес:

— Подождите минуточку, я уточню. — И немного порывшись у себя в записях, сказал: — Вам повезло, Месье Маршалл, как раз у себя в номере, сейчас я доложу ему о вашем визите. — И уже собрался так и сделать, как посмотрев на лестницу, расплылся в улыбке и торжественно произнес: — Но в этом нет необходимости, он уже спускается, — и через секунду, растягивая слова, от удовольствия, добавил: — с мисс-с-с Э-э-лен.

— Элен? — как если бы не расслышала имя, переспросила Анна, и вслед за администратором посмотрела на лестницу.

Перед ее взором предстала богатая, роскошно одетая, сияющая от достатка и сытости британская пара. Первую секунду она даже не узнала Дэвида. До того его образ стал частью всего этого богатства, как золото колонн отеля Руль, и бархатные королевские портьеры. И женщина, высокая, почти с него ростом, худощавая и крепкая, с гордой и высокомерной осанкой, прозрачными голубыми глазами, прекрасно одетая и ухоженная, и весь ее образ, образ самого достатка. Достатка не приобретенного, а достатка с рождения, когда все что есть, воспринимается не как манна небесная, а как нечто само собой разумеющееся, как будто в жизни, по другому и не бывает. А ее взгляд, такой спокойный, какой только возможно иметь у того, у кого все есть, когда не надо искать, карабкаться и выживать, и весь ее вид, и все в ней говорило: «Неужели же бывает иначе?».

— «Бывает», — горько подумала Анна, глядя на Дэвида и его спутницу. Горечь, обида, ревность, боль, все одновременно вскипело и загорелось внутри, как только горит хворост в засуху и зной.