Книга Как Веприк, сын Тетери, маманю спасал, страница 91 – Хатка Бобра

— Он дома даже колпак соломенный на лице носит, чтоб детишек не пугать, – сообщил довольный Чудя. Бортник за спиной водяного показал приятелю кулак.

Тут как раз мокрый хвост выпал из веприковых рук, Чудя отпустил свою середину, а Добрило, не удержав царя в одиночку, свалился в воду, погребенный под царским пышным телом.

— Уронили! – обиженно сказал водяной, высовывая голову из воды. – Вы давайте-ка поаккуратнее, а то опять уроните!

— И не раз! – заверили его березовцы, тужась вытащить бортника из-под толстого царя. Потом они с великим трудом пронесли водяного сотню шагов, но Чудя неожиданно кинул груз, замахал руками и закричал "ой, мамочки!" На этот раз Добрило выпустил водяного сразу вслед за Чудей, а Веприк еще некоторое время удерживал его за плавник на хвосте, поэтому царь, когда упал, немного зарылся головой в песок. "Бегемот мерзкий ядовитый! За нами гонится!" – вопил Чудород, показывая пальцем на диковинное существо, которое, вытянув шею, ползло наперерез их отряду.

— Как-то он неправильно за нами гонится, – засомневался бортник. – Если мы постоим, его подождем, он часа через два тут будет, не раньше.

Старая морская черепаха, медленно шевеля ластами, часто отдыхая, тащилась к воде и очень надеялась еще сегодня до нее добраться. Малышка Дунька, оставшаяся беспризорной, пока ее взрослые друзья нянчились с хозяином подводного царства, подобралась к черепахе, присела возле нее на корточки и прутиком постучала по панцирю. Черепаха, неохотно остановилась и начала втягивать голову и ласты внутрь.

Морской царь выкопал наконец свою физиономию из песка, приподнялся на руках и завопил:

— Тысяча китов и одна морская черепаха! Опять уронили!

"Ага, как же, – злорадно подумала морская черепаха. – Уже бегу."

Она поглубже засунулась в панцирь и заснула.

Как раз в этот самый момент из-за каменистого пригорка снова показались местные жители: отряд козопасов под предводительством недавнего молодого пастуха шел защищать родную пустыню и свои мирные стада от набега морских чудовищ. Как только они поднялись на пригорок, навстречу им, словно восходящая луна, поднялась с земли перемазанная песком физиономия рыбьего царя. Голова его казалась еще больше из-за облепившего лицо и волосы песка, а широченный толстогубый рот разевался так, что мог бы козу проглотить. Царь плевался, шлепал губами и гудел жутким басом "Уронили! Опять уронили! Ква-а-а!"

Такого страха пастухи не вынесли: они разбежались кто куда.

Березовцы, пожав плечами, посмотрели им вслед и обступили водяного.

— Ты не сердись, славный царь, но уж очень ты… как бы сказать, чтоб не обидеть… мускулистый, – признался Добрило. – Тяжело тебя нести.

— Пузо у тебя очень мускулистое, – уточнил Чудород.

— А мы его покатим! – радостно предложил Веприк.

— Наглый мальчишка! – заорал водяной. – Да как ты сме!..

Но мужики уже плюнули на ладони и покатили царя, словно бревно. Он хотел возмутиться, но ткнулся носом в камень на дороге. Хотел обозвать нахалов, но в рот ему забился пучок травы.

— Ах вы, негодники! Мое царское величество обидели и… ой!… лбом стукнули!

— Да я вас всех скормлю акулам, утоплю и… ох!.. и носы вам тоже поцарапаю!

— Я – Нептун, морское чудо, мне подвластны все… фу!… козьи кучки на дороге! Чтоб вы наступили!