Книга Элиза и ее поклонники, страница 42 – Дженнифер Адамс

Филипп медленно подошел. Понимает ли она, какой опасности себя подвергает, оставаясь с мужчиной наедине? Видя ее открытую грудь, которая теперь вздымалась чаще обыкновенного, иной не удержался бы и дал волю рукам. Впрочем, Филипп, конечно же, останется человеком чести, даже ощущая определенное плотское побуждение, из-за которого брюки вдруг сделались ему тесны.

— Теперь вы сами видите, что это превосходное место для тайного свидания, – промолвила Элиза.

Филипп кивнул.

— Так что же мы станем делать с поцелуем? – тихо спросил он.

Кончик ее языка увлажнил верхнюю губу. Проклятие! Ну как тут сохранишь хладнокровие, когда такая девушка стоит перед тобой, будто сам соблазн во плоти?

— Послушайте, Филипп. Если мое описание вышло неверным, то это потому… – Она сглотнула, сделала глубокий вдох и продолжила: – То это от недостатка опыта.

— Никто не целовал вас, Элиза? – чуть слышно произнес Филипп, и его сердце застучало еще быстрее.

— Нет, – призналась она. – Как мужчина женщину – никто. И я спрашиваю себя…

— Да?

Он подошел к ней так близко, что дотронулся бы до нее, если бы счел позволительным. Поддаться желанию – само собой, это было немыслимо. Однако он мог вдыхать тонкий аромат розовой воды. Мог на секунду представить себе, что ощутили бы его губы, прикоснувшись к нежной коже за этим ушком…

Элиза смотрела ему в глаза. Зрачки ее расширились, дыхание участилось.

— Не согласитесь ли вы меня поцеловать? – промолвила она.

Филипп удивленно попятился. Элиза опустила взгляд и отошла от дерева.

— Простите меня. Мне не следовало говорить вам такое. И все же я бы в самом деле хотела узнать, что это за чувство, – сказала она, и голос ее прозвучал… разочарованно?

— Вы уверены?

Элиза снова поглядела ему прямо в глаза. Неужели такого ответа было мало?

Филипп положил руки ей на талию и дотронулся губами до ее губ. Сперва его прикосновение было легким, как дыхание, но когда она невольно положила руки ему на плечи, он привлек ее ближе и стал целовать смелее. Сперва усилив, а потом ослабив натиск, он скользнул ртом по ее рту и мягко прихватил нижнюю губку.

Элиза не отстранилась. Даже напротив. Задышав совсем часто, она прижалась к нему. Ее губы помягчели и разомкнулись.

Отстранившись, Филипп услышал тихий вздох. Элиза закрыла глаза. Ее лицо выражало полную погруженность в доселе незнакомое ощущение. Такой отклик на поцелуй мог показаться довольно-таки трогательным.

Однако Филипп испытывал не умиление, но чувство иной природы. Видя, что Элиза еще не удовлетворена, он снова прижался губами к ее губам. Теперь она тоже целовала его.

Эта девушка была невинна и неопытна, однако в ней ощущалась природная чувственность, и ее мягкое податливое тело не могло не вызвать пылкого вожделения.

Филипп осторожно провел кончиком языка по верхней губе Элизы, готовясь выпустить ее из объятий, но она показала, что не хочет этого. Очевидно, она тоже почувствовала нарастающее напряжение. Приоткрыв рот, она теснее прижалась к Филиппу и опять вздохнула. Чутье подсказало ей, что ее язык может играть и танцевать с его языком и это доставит наслаждение им обоим.

Филипп мысленно возблагодарил пышные юбки, помешавшие Элизе в полной мере ощутить, как он возбужден, – такое открытие могло, пожалуй, вызвать у нее испуг или отвращение.