Книга Японский любовник, страница 79 – Исабель Альенде

В тот вечер Сет позвонил Ирине с вопросом про бабушку: он заходил ее навестить во время ужина, не застал и теперь волнуется; Сет полагал, что Альма не до конца восстановилась после приступа в кинотеатре. Ирина ответила, что хозяйка упорхнула на очередное любовное свидание и забыла о встрече с внуком; а ей самой пришлось несладко на группе «Отчуждение». У Сета была назначена деловая встреча с клиентом в Окленде, а теперь, поскольку он находился рядом с Беркли, он пригласил девушку на ужин в суши-ресторан: эта еда показалась ему самой подходящей для разговора о японском любовнике. Ирина уже лежала в постели вместе с Неко и играла в «Elder Scrolls V», свою любимую видеоигру, но все-таки оделась и вышла из дома. Ресторан был как островок восточного покоя, вся обстановка из светлого дерева, с секциями, разделенными перегородками из рисовой бумаги, с лампами в виде красных шаров, теплое освещение которых приглашало к умиротворению.

— Как ты думаешь, куда отправляется Альма, когда исчезает из Ларк-Хаус? — спросил Сет, сделав заказ.

Ирина налила саке в его керамическую чашечку. Альма ей рассказывала, что в Японии принято прислуживать сотрапезнику и дожидаться, пока кто-нибудь не поухаживает за тобой.

— В мотель Пойнт-Рейес, это где-то час с четвертью от Сан-Франциско, — ответила Ирина. — Там у воды стоят простые хижины, это довольно уединенное местечко, с хорошей рыбой и морепродуктами, сауной, чудесным видом и романтическими апартаментами. Сейчас холодно, но в каждом номере есть камин.

— Откуда ты все это узнала?

— По чекам от кредитки Альмы. Мотель я нашла в интернете. Предполагаю, что там Альма встречается с Ичимеи. И не вздумай им мешать, Сет!

— Да как ты могла подумать! Бабушка мне никогда не простит. Но я мог бы послать одного из моих людей посмотреть…

— Нет!

— Ну конечно нет. Но согласись, Ирина, повод для беспокойства есть. Бабушка слабая, с ней может случиться новый приступ, как в кинотеатре.

— Сет, она и сейчас хозяйка своей жизни. А про Фукуда ты что-нибудь еще узнал?

— Узнал. Мне пришло в голову спросить папу, и оказалось, он помнит Ичимеи.

В 1970 году, когда Ларри Беласко было двенадцать лет, его родители отремонтировали дом в Си-Клифф и приобрели соседний участок земли, чтобы расширить сад, который и так уже был обширный, но до сих пор не оправился от губительных весенних заморозков в год смерти Исаака Беласко и от заброшенности следующих лет. Как рассказал Ларри, однажды к ним пришел мужчина азиатской внешности в рабочей одежде и бейсболке; он не хотел заходить в дом, потому что его ботинки были в грязи. Это был Ичимеи Фукуда, владелец цветочного питомника, созданного на паях с Исааком Беласко, а теперь принадлежавшего только ему. Интуиция подсказала Ларри, что этот мужчина знаком с его матерью. Отец объявил Фукуде, что совершенно не разбирается в садоводстве и пускай решения принимает Альма, что показалось мальчику странным, ведь Натаниэль руководил Фондом Беласко и, следовательно, должен был иметь представление садах, по крайней мере, в теории. Из-за размеров участка и грандиозности планов Альмы реализация проекта заняла несколько месяцев. Ичимеи измерил землю, исследовал состав почвы, температуру, направление ветра, занес в альбом для рисования стрелочки и цифры — за всеми этими действиями Ларри следил как зачарованный. Вскоре прибыла бригада из шести работников, тоже азиатов, и первый грузовик с материалами. Ичимеи был человек спокойный, уравновешенный, с внимательным взглядом, он никогда не торопился, говорил мало, а когда говорил, голос его звучал так тихо, что мальчику приходилось наклоняться, чтобы его расслышать. Ичимеи редко начинал разговор первым или отвечал на вопросы о себе, зато, заметив заинтересованность Ларри, рассказывал ему о природе.