Книга Досужие рассказы Сатаны, страница 56 – Дан Берг

Не раз и не два получал Авраам предложения доброжелателей о достойных партиях. Доброхоты подыскивали невест среди солидных матрон, вдов со стажем, женщин немолодых, но обеспеченных – дабы жених не вступил на тонкий лед мезальянса. Авраам со вниманием рассматривал проекты, но упрямо не принимал их, всякий раз приводя резонные доводы. Из побуждений эстетических он втайне мечтал о цветущей, молодой и красивой особе и терпеливо ждал благоприятного случая. Ханжа тот, кто осудит его.

Ицхак познавал Священное Писание в доме учения своего отца. Сын перенял от родителя проницательный ум, трудолюбие и тягу к знаниям. Следует заметить, что, штудирование Книги заслонило для Ицхака свойственные молодости романтические устремления. Казалось, он не был озабочен своим затянувшимся холостячеством. Впрочем, нельзя назвать Ицхака совершенным сухарем – в сердце парня тлел уголек приязни к соседской девушке Ривке. И, буде обстоятельства не потребовали бы от него чрезмерного отвлечения от учебы, он, пожалуй, женился бы на Ривке. Но одно прискорбное происшествие, случившееся с девицей, решительно повлияло на ход событий. Об этом я сообщу читателю ниже.

Авраам имел три желания в жизни. Во-первых, он хотел, чтобы Ицхак непременно унаследовал его ведущую роль в доме учения и стал бы великим толкователем Книги, не уступающим, а, лучше, превосходящим мудростью родителя. И эта цель казалась Аврааму самой реальной. Во-вторых, Авраам желал видеть сына женатым. Ведь у Ицхака нет ни братьев, ни сестер, и если не произведет он на свет деток в лоне собственной семьи, то после смерти отца останется бедняга без кровной родни, лишь наедине со своею ученостью, а этого мало даже для мудреца. И, наконец, в-третьих, Авраам мечтал жениться сам, но именно так, как задумал.

2

В краю, где происходили события моего рассказа, находился особенный поселок, в котором жили язычники. Люди эти привносили известное оживление в мерное существование обывателей города. Язычники шалили на дорогах, то бишь грабили путников, отнимали лишнее у богачей, торговали краденым. Важной статьей их дохода служили выкупы за похищенных городских девушек.

Налетчики вели дела абсолютно честно в том смысле, что не причиняли плененным девицам того вреда, о котором, возможно, некоторые читатели подумали. Получив выкуп, похитители возвращали добычу в целости и сохранности. Хотя факт сей был многократно проверен и удостоверен, но всё же инерция людских предубеждений иной раз отрицательно сказывалась на брачной судьбе девицы. Важно заметить, что к порядочному деловому партнерству идолопоклонников подвигали отнюдь не соображения морали, – какая уж у язычников мораль? – а прагматический интерес, ибо за испорченный товар плату не получить!

Как-то раз Ривка пошла по воду к колодцу, что на городской окраине. Смеркалось. Вокруг ни души. Тут выскочили из-за темных кустов двое мужчин-язычников. Скрутили бедную Ривку, засунули ей в рот платок, чтоб на помощь не звала, уложили бедняжку, связанную по рукам и ногам, на телегу и увезли в свой поселок. Поместили ее в тайное убежище, развязали, посадили к огню. Тут же явились жены и сестры разбойников, стали утешать горемычную, слезы ей утирать, приготовили ужин для пленницы. Утром город облетела весть: похищена Ривка, спрятана в надежном месте, и выкуп за нее такой-то.