Книга Наложница в Гиве, страница 7 – Дан Берг

— Скажи-ка, Менахем, что Дина ответила Цадоку, когда он обратился к ней? – спросил Янон.

— Она была слишком слаба, говорила очень тихо, я не разобрал ее слов.

— Я вижу, в доме твоем, Менахем, начинаются предсвадебные хлопоты, – заметил Шем-Ханох, – и кто же счастливец-жених?

— О, это прекрасный юноша, – воскликнул Менахем, – знакомый нам Ярив!

— Когда же дело сладилось? – полюбопытствовал Шем-Ханох.

— Все в тот же злополучный вечер, – ответил Менахем, – девчонка влюбилась в Ярива с первого взгляда. Чего ты краснеешь, Наама? Разве твой отец не прав? Пока я беседовал с Диной и Цадоком, молодые секретничали и нежно глядели друг на друга. Быстро сговорились обо всем. Нынче молодежь смелая и себе на уме, не то, что в мое доброе старое время…

— Да ведь слуга же беден, ты отдаешь Нааму за босяка? – удивился Янон.

— Ничуть! Ярив выкупает мою красавицу за хорошие деньги! – возразил довольный Менахем.

— Не из праздного любопытства, но в интересах расследования я хочу знать, каков могар? – строго спросил Шем-Ханох.

— Двести шекелей серебра! – прозвучал гордый ответ.

— Мы с Шем-Ханохом приветствуем твою удачу, Менахем, – воскликнул Янон, и рады за прекрасную Нааму. Будем надеяться, что счастье поселится в доме молодоженов!

Наама вновь зарделась, опустила глаза. Спросила гостей, не желают ли они отведать еще фруктов. Шем-Ханох заверил девицу, что они вполне сыты.

Янон умел располагать к себе женщин, знал в себе немалую такую силу и с благородными побуждениями пользовался ею. Он взглянул на Нааму нарочито почтительно и заговорил вкрадчивым голосом.

— Любезная Наама, мне известно наверняка, юные девы умеют тонко понимать людские души. А осведомленность женщин в делах сердечных просто восхитительна, и глубина ее мужчинам недоступна. Поведай, что известно тебе и твоим товаркам о любовных приключениях Цадока, если таковые случались.

— Да ничего особенного, все заурядно, – с неожиданной искушенностью бросила Наама, – когда-то, говорят, Цадок либил Дину, но заимел любовницу. Обманутая отомстила неверному – мера за меру. А тому только того и надо. За измену он отправил бедняжку к ее отцу, а сам миловался с новой зазнобой. Но почему он забрал Дину обратно – этого мы с подружками пока не знаем!

— Это и нам крайне интересно и важно! – заметил Шем-Ханох.

На этом гости распрощались с сердечным хозяином и его прелестной дочерью.

6

— Ты прав, Янон: хитер и лжив Цадок! Он обманул, сказав, что Дина утром была мертва – ведь он говорил с ней! И не из благородстава умолчал о своей новой пассии.

— Мне кажется, Цадок забрал Дину, чтобы, убив ее, расчистить путь к женитьбе на любовнице. Первую часть умысла он, кажется, осуществил! – изрек Янон.

— Возможно, – согласился Шем-Ханох, но, боюсь, дело куда как сложнее. Нам предстоит получше разобраться в фактах, свершившихся проклятой ночью. Мы имеем дело с хитрым противником, и чтобы вывести его на чистую воду, мы употребим наше искусство во всем его величии. Разве не естественно предположить, что юный красавец Ярив и нежная Наама были для преступников более желанной добычей, нежели Дина? Почему закоренелые мужеложцы и насильники в конце концов согласились на замену? О чем говорил с ними слуга Цадока?

— Кстати, Шем-Ханох, не пора ли нам встретиться с Яривом?