Онлайн книга «Царица Аталья»
|
— Подрос мальчик, – рассказывал дальше Одед, – и как-то в особенно жаркий день понес он в поле обед жнецам. И худо стало ребенку, и он закричал отцу: “Голова моя! Голова моя!” Отнесли мальца домой к матери, и он лежал у нее на коленях, и похолодел телом и к полудню умер. И отправилась она в Кармель, где жил человек Божий, и поведала ему о горе своем. И Элиша, не медля, двинулся в путь, и, придя в Шунэм, положил мертвое дитя на постель, на которой сам когда-то ночевал, и приложил свои губы к устам покойного и оживил его. И мальчик встал, чихнул семь раз, и открыл глаза и стряхнул с себя смерть! Вот какие добрые дела и чудеса творил пророк Элиша! — Я прежде не слыхала замечательной этой истории, почтенный Одед, – сказала Аталья, – вспоминаю, однако, мать говорила, что в поле от жаркого солнца у ребенка иной раз раскалится голова, и он впадет в странное забытьё, и члены его остынут: ни дать, ни взять – умер! А знающий человек согреет похолодевшего своим дыханием, и тот восстанет ото сна! — Аталья, ты приземленностью своею рада умалить заслугу человека Божьего, – заметил Одед, – и диво дивное перетолковала как целителя сноровку. Что ж, и это уж не худо. Но ведь, жена старика по слову Элиши понесла и родила! Это ли не чудо? — Э-э-э-э… Право, не знаю, что и сказать, – пряча улыбку, ответила Аталья, – мир полон таких чудес. Вот ежели бы ты не упомянул про юношу, сопровождавшего Элишу… — Ах, грязные твои мысли! – в сердцах воскликнул Одед. — Я не обижаюсь. Есть у тебя еще истории о добродетелях Элиши? — Довольно на сегодня! — Тогда я расскажу о нем кое-что, тебе, возможно, известное. Как-то раз брел Элиша по дороге, а навстречу ему выскочили мальчишки и давай дразнить: “Плешивый, плешивый!” А он и в самом деле лысый. Очень осерчал пророк на детей и проклял их именем божества вашего. Не удивительно, что вышли тут из лесу две медведицы и на глазах у человека Божьего растерзали сорок два мальчика. — Да, случилось такое. Думаешь, нет у меня слова в защиту пророка? Да будет тебе известно, Аталья, что покуда Элиша не очистил источники в городе Ерихо, эти мальчишки продавали чистую воду жителям, чем и кормились. Когда увидали они Элишу, то захотели успокоить доброго Божьего человека, мол, хоть мы и лишились заработка, но не умерли с голоду. Потому кричали они: “Мы живы, мы живы!”, а Элише послышалось “Плешивый, плешивый!”. Однако не было вокруг ни медведей, ни леса. Но пророк сотворил и то и другое, показав чудодействие силы своей. Впрочем, гневлив был Элиша чрезмерно. — Ты одобрял меня за то, что не отрицала заслуг Элиши, а я воздаю тебе хвалу за признание изъянов его. — Ах, Аталья! Что толку в похвалах, коли над Иудеей великая угроза нависла. Болтливость не по сану моему, но, надеюсь, веришь мне. Обуздай Ахазью, чтоб не шел греховным путем брата твоего Йорама. И сама умерь пыл свой созидательный. Ты знаешь, что я имею в виду. Береги себя, сына и страну. Со словами этими ушел опечаленный Одед. А Аталья осталась наедине с собой и невеселыми думами. Тревожно живется тому, кто хочет благоденствия. Глава 11 Несчастья чередой 1 “Доколе преступлениям против Господа нашего безнаказанным оставаться? – риторически вопрошал сам себя пророк Эльяу, и горела душа его от боли, гнева и жалости, – сколь еще народу-избраннику терпеть языческую мерзость владык своих?” Он копошился в памяти: дело Навота, дружба с языческими царствами, совращение безбожием, возведение капищ идолопоклонства. “И вот, назревает худшее, – возвышал голос пророк, – чума поползла из Израиля в Иудею!” |