Книга Виноградник Навота, страница 5 – Дан Берг

— Купим!

Ахав воодушевился. Он знал свой грех перед женой. Мало ласки выпадает на долю Изевель. Войны, походы, враги, друзья… Заботы царства он не отменит, еще и потомкам оставит. Тревожна душа, что о будущем радеет. “Мой щедрый дар ублажит и заместит! – подумал Ахав, – куплю у Навота землю, сколько ни запросит!”

С царской щедростью

1

Итак, Ахав чрезвычайно обрадовался просьбе Изевель. Купить у соседа виноградник – ведь как просто царю исполнить желание такое! Чересчур просто. “Сердцу Изевель цветы дороги, а моему сердцу дорого ее сердцу угодить! – размышлял Ахав, – жаль даже, что это для казны моей не дорого! Скоро снова в долгий поход. Затоскует черноокая. Утешат, усладят, увеселят аромат и краски в саду…”

На утро Ахав отправился к Навоту. “Сосед мой землепашец. Значит наделом своим дорожит – ведь спину гнул над сохой да над мотыгой. Небось, и отец и дед его эту землю потом своим полили. Однако, в деньгах нуждается, возможно, скуп. Это к делу славно идет! – думал Ахав, – приду к нему запросто, по-соседски, не как царь!”

— Приветствую тебя, Навот! – весело сказал Ахав, войдя во двор.

— О, Ахав! Какая честь! – промолвил Навот и поклонился.

— Война дала передышку. Зашел проведать соседа.

— В дом проходи, царь, милости прошу!

— Сына женил, Навот? – спросил Ахав, усаживаясь на лавку.

— Женил, Божьей волей. Невестушка хороша!

— Изевель сказывала. Должно быть, могар тяжел тебе был?

— Ого! Порастратился изрядно… Однако, царь, отведай вина из моего виноградника!

— Замечательное вино! А пирога вашего я давеча вкусил. Люблю сладкое.

— На здоровье, царь. Ты – наш радетель. Народ все видит.

— Дело у меня к тебе, сосед.

— Какое? – пролепетал Навот, испугавшись общих дел с самим государем.

— Мне нужен твой виноградник. Вернее, земля под ним.

— Виноградник?.. Земля?.. Зачем тебе, Ахав, ведь столько угодий у тебя?

— Он возле дома моего. Будет цветник для Изевель.

— Цветник? Выкорчевать виноград?..

— Навот, я к тебе с открытым сердцем и с царской щедростью пришел!

— Поясни, Ахав…

— Речь истины проста. Я дам тебе взамен надел лучше и больше твоего!

— Лучше и больше?..

— А если хочешь, золотыми монетами заплачу. Любую цену назови!

— Любую цену?..

Навот побледнел. Холодный страх сковал язык и ум. Ему, простолюдину, торговаться с царем? Не было в его жизни минуты тяжелее этой. “О, Ахав! – заговорил вновь обретший дар речи Навот, – я не могу решиться ни на что. Я должен подумать, таковы мы все, крестьяне! Не взыщи, государь!”

Ахав не подал виду, что не доволен робостью соседа и непочтением к царскому великодушию. Простота есть самая трудная вещь на свете, простой – уже велик. Монарх встал, обнял окаменевшую фигуру Навота и сказал на прощанье: “Я вижу, дело мудрено для тебя, однако, бояться горя – счастия не знать. Закончим в другой раз. Не мешкай долго с ответом, Навот. Армия в Шомроне ждет меня!”

2

Израильский царь Ахав горячо любил свой народ, а Эльяу, пророка и учителя народа, любил меньше. Упрекал дидактика, многобожников карающего, за неразумную горячность. “Беспощадным мечом Эльяу самолично убивает языческих жрецов Баала, многими израильтянами почитаемого – так ли сей законник думает достичь признания людского?” – размышлял Ахав.

И все же царь покровительствовал ученикам пророка. “Придет их время!” – думал. А те повторяли за Эльяу, мол, постигают они мудрость необходимой иудеям веры, готовятся нести людям слово Божье и являть праведности пример. Царь освободил их от бед солдатчины, а пророк взывал равно к богатым и малоимущим питать будущих светочей, дабы бремя заботы о хлебе насущном не мешало учению.