Книга Йони и Шош, страница 7 – Дан Берг

— Мы знаем его с младых ногтей, мальчик рос на наших глазах, и Акива тоже, конечно, всех нас помнит, – заметил Хилкия, – мы глубоко скорбим о безвременно ушедшем его отце, мир праху покойного.

— Аминь, – произнес Акива и благодарно поклонился.

— Акива, ты, кажется, вернулся из путешествия по Вавилонии, и мы рады были бы послушать твои истории, – сказал Йони.

— Я не мастер красиво говорить, – воскликнул Акива, – но постараюсь утолить жажду любознательности достойных мужей, восседающих на этом чудном ковре, каковые видал я только в царском дворце!

— Я помню, Акива, мудрецы хвалили тебя, как одного из лучших учеников, – вставил Хилкия, – отроком ты был боек и красноречив.

— Акива не утратил, но напротив, развил свои достоинства, и скоро он всех убедит в этом! – ответил дядя за племянника.

— Дорогой Акива, прежде чем ты начнешь рассказ о путешествии, я задам тебе один вопрос, – воскликнул Йони, – ведь ты даже меня моложе, ты – юноша, и, вероятно, обдумываешь житьё… Какая профессия нравится тебе?

— Согласен, Йони, – ответил Акива, – мысли о будущем теснятся в моей голове, мне предстоит сделать выбор, но к окончательному решению я пока не пришел.

— Я хочу, чтобы Акива выучился у меня искусству сыска, – заявил Даниэль, – будет мне добрая смена!

— Иудеи нашей общины частенько нарушают закон, но, боюсь, на двоих дознавателей преступлений не достанет! – заметил Иоаким, – если племянник сменит тебя, то сам ты куда подашься, Даниэль?

— Коли захочет Всевышний – стану пророком! – в тон полушутливо ответил Даниэль.

— Замечательно! – воскликнул Хилкия, – пожелаем успехов и дяде и племяннику!

— Великолепно! – поддержал Йони, – а ты, Акива, делай жизнь с дядюшки – вот мой совет!

Потом собравшиеся слушали рассказ о путешествии. Вопросам не было конца, но Акива успевал отвечать всем. Даниэль привычно, пристально и незаметно следил за публикой – кто знает, вдруг пригодится! По совету дяди племянник делал то же самое, хоть это и нелегко – говорить и наблюдать одновременно.

Хилкия стал обнаруживать некоторое беспокойство. “Я слышал, Иоаким, – промолвил тесть, обращаясь к зятю, – у тебя в нынешнем году уродился отличный виноград!” Догадливый Иоаким подозвал слугу и шепнул ему что-то. Слуга удалился, и вместо него появилась Шош в скромнейшем наряде. Она несла перед собой блюдо с красным виноградом, обошла всех гостей и с поклоном предложила каждому гроздь. По окончании этой краткой процедуры Шош исчезла на женской половине дома. Хилкия просиял.

— Где же наши судьи? – спросил Иоаким, обращаясь к Даниэлю.

— Да я и сам недоумеваю, – ответил Даниэль.

— Мы уже прибыли, мы тут! – хором воскликнули Тевель и Юваль, входя в комнату.

— Усаживайтесь на новый ковер, почтенные, – пригласил Иоаким.

— Благодарствую, – ответил Тевель, а на лице его читалось волнение.

— Спасибо, – добавил Юваль, тщетно стараясь не выдать беспокойства.

— Жаль, что вы не слышали захватывающий рассказ Акивы о Вавилонии, – заметил Йони, сверля глазами новых гостей.

— У нас у самих имеется нечто захватывающее, – вновь хором произнесли Тевель и Юваль.

— Что же? – встрепенулся Даниэль.

— До сих пор не можем прийти в себя! – воскликнул Тевель.

— Разнесется по всему свету история! – добавил Юваль.

— Говорите же! Чина, звания не щадите – Закон превыше всего! Вам ли, судьям, не знать? – вскричал Даниэль.