Книга Йони и Шош, страница 22 – Дан Берг

— Скажи мне, Шош, кто был тот человек, с которым видели тебя Тевель и Юваль?

— Ревнуешь? Не рано ли? Или уж полюбил?

— Полюбил и ревную! – не моргнув глазом заявил Акива.

— Глупец! На меня возвели напраслину. Я честная женщина и верная жена! Стыдись!

— А откуда тебе известна безопасная ночная тропа?

— В одиночестве и в тоске я брожу по ночам.

— А зачем к ограде явилась в полночь?

— Не хитри, я тоже умею. Ты же меня расследуешь, вот я и пришла!

— Жизнь учит хитрить.

— Жизнь учит любить. Ты объездил всю Вавилонию. Видал дворцы и богатство. Расскажи. С великим интересом внимать стану.

Акива говорил увлеченно. Никто из мужчин не задавал ему столько метких вопросов, как Шош. Какая благодарная слушательница! Однако он не стал рассказывать обо всем, что видел, зато смело присочинял на ходу. “Пожалуй, оставлю кое-что на следующие наши встречи, – подумал он, – лед хоть и тронулся, но время командовать парадом не пришло”.

Дознаватель по устремлению и романтик поневоле, Акива снова пытался выведать у Шош важные для себя сведения. Она решительно утверждала, что не изменяла Иоакиму и стала жертвой гнусного оговора. С другой стороны, влюбленная женщина несомненно желала новых встреч. Она пообещала Акиве когда-нибудь поведать историю своей жизни, открыть сокровенные мечты. Акива не обольщался прежде времени – обещания даются с расчетом, а выполняются соразмерно опасениям.

Расставаясь, они уговорились о следующем свидании. На прощание Шош робко поцеловала Акиву в лоб, а он позволил себе симметричный ответ. Они оба, но каждый по-своему, испытывали чувство незавершенности и лелеяли надежды на продолжение.

Акива кратко и в самых общих чертах доложил Даниэлю о содержании разговоров с Шош. Ученик удостоился похвал старшего товарища за проявленную находчивость и за успех первых самостоятельных шагов. Оба согласились в том, что конструктивный флирт необходимо продолжить. Наставник снова напомнил питомцу о важности соблюдения границ, а про себя с сожалением подумал о безвозвратно ушедших годах.

Глава 8

Читатель, уже достаточно хорошо осведомленный о пунктуальном и щепетильно-честном характере Даниэля, ничуть не удивится решению последнего снова встретиться с судьями Тевелем и Ювалем, по их словам видевшим собственными глазами свершение Шошаной черного дела. Тщательность дознания совершенно необходима: ведь людям подавай только такие доводы, которые могут быть ими легко проверены.

Первая беседа со старцами нарисовала картину преступления крупными мазками. Теперь добросовестному расследователю требовались нюансы, которые в особенности важны в тех случаях, когда свидетельства вызывают сомнения, а Даниэль-то как раз и не был убежден в искренности Тевеля и Юваля. Достоинство сомнения состоит в том, что оно желает испытать себя.

Как говорилось выше, Даниэль умело пользовался весьма изощренным способом отделения правды от лжи. Сквозь густой туман древности не разглядеть нам лик придумщика сего метода. Нельзя исключить вероятность того, что изобретателем являлся сам Даниэль, а, возможно, наш герой только умело применял разработанный до него прием. Попутно заметим, что нет резона хвалиться способностью изобретать, ибо новаторов частенько поносят и бьют.

Пользуясь современной лексикой, можно было бы именовать стародавнюю находку “детектором лжи”, хотя политкорректнее звучит название “сепаратор адекватности”.