Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 284 – Канна Шорен

— Выспался? — спросила я тихо, улыбаясь.

— Конечно, — признался он, мягко гладя меня по щеке пальцем. — Рядом с тобой мне всегда приятно спать.

— Со мной или на мне? — с хитрецой спросила, наблюдая, как его лицо вытягивается от удивления, и тихо рассмеялась.

— Ты опять меня дразнишь, — произнёс Константин, наклоняясь к моим губам.

— Обязательно, — ответила я, притягивая его к себе и коротко и нежно целуя.

Он приподнял меня и усадил к себе на колени, заставив едва слышно взвизгнуть и засмеяться. Константин прижал меня, крепко-крепко обнимая. Я дразнила его не со зла, просто хотелось. А в ответ получила за это полный чувств поцелуй и тень разочарования в его глазах из-за того, что приходится уходить.

— Придёшь следующей ночью? — спросила я, оторвавшись от его губ.

— Обязательно, — ответил он, целуя меня в висок. — Постарайся не очень устать.

— Искренне постараюсь.

Константин бережно пересадил меня обратно на кровать и коротко поцеловал. Он поднялся, поправил одежду и пошёл к двери, ведущей на балкон. Но на пороге обернулся с мечтательной улыбкой.

— Знаешь, — тихо произнёс он. — Я мечтаю о дне, когда мне не придётся никуда уходить. Когда я смогу просыпаться с тобой каждое утро и знать, что нам никуда не нужно убегать, чтобы скрыть то, что мы вместе.

— Осталось совсем немного, и это случится, — с улыбкой произнесла я. — А теперь иди, Ромео! Иначе и правда без скандала не обойдётся!

— Ромео? — удивлённо воззрился Константин на меня. — Это кто?

— Вечером придёшь — расскажу, кто это такой.

Он кивнул и с улыбкой исчез за дверью, бесшумно ступая по балкону. В утренней тиши я услышала лишь лёгкое шуршание коры под его ногами, а следом действительно наступила тишина, которая прерывалась лишь птичьим щебетанием где-то в глубине сада. Несколько минут я просидела на кровати, счастливо и глупо улыбаясь. Расскажи кому, что было этой ночью — не поверят. Но от этого этот секрет стал ещё теплее. Я натянула на голову одеяло и твёрдо решила доспать оставшееся время.

* * *

Мадам Кларисса вплыла в комнату так величественно и грациозно, что ни за что бы не поверила, что она — простолюдинка по происхождению. Её наряд был безупречен, как и низкий зализанный пучок и шляпка. За ней, как утята за мамой-уткой, семенили две помощницы, несущие каждая по внушительного размера папке.

Мы собрались в парадной гардеробной королевы-матери, где как раз был возвышающийся круглый подиум, три высоких и широких зеркала в рамах, благодаря которым можно было рассмотреть каждую деталь наряда, не поворачивая головы. Августина восседала в кресле с самым серьёзным и чопорным видом, на которое вообще только способна. Мы с Кариной пристроились же на диване, ожидая прихода мадам. Я сидела в её платье, гордо выпрямив спину.

— Ваше Величество! Леди Амелия! Леди Карина! — Кларисса присела в реверансе, за ней зашуршали юбками помощницы.

— Проходите, мадам, — сухо произнесла королева-мать, разрешив жестом встать. — Вы документы подписали?

— Конечно-конечно! — мадам положила перед нами на столик подписанные ею документы о неразглашении и присела напротив нас, помощницы встали за её спиной. — Мои девочки все тоже их подпишут, если это необходимо.

— Желательно, чтобы и они подписали, мадам, — произнесла Карина.