Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 108 – Канна Шорен

Я мягко положила ему ладони на грудь, чувствуя под пальцами мягкую ткань мундира и скрывающиеся под ним увиденные мною в тот день мышцы. Вспомнила свои ощущения, и внизу живота тоскливо заныло от накатившего возбуждения. Ох, будь моя воля и отсутствие приличий… Привстав на цыпочки, я потянулась у нему, как молодой росток к ещё холодному весеннему солнцу, и нежно коснулась уголка губ.

— Прошу… — едва слышно прошептала. — Одна ночь.

— Меня не нужно уговаривать, — улыбнулся Константин так тепло, что сердце на мгновение замерло. — Всё будет так, как ты захочешь.

Он легко обнял меня, прижимая к себе и словно не хотя отпускать, и его тёплые, немного колючие из-за усов губы коснулись моего лба. Я на мгновение застыла, вдыхая исходящий от него аромат свежей тканевой краски, духами с древесными нотками и еле уловимо мыла.

Но этот тёплый миг распался, стоило услышать ровные и чёткие стуки каблуков. Мы отпрянули друг от друга, как любовники, которых уже застали врасплох.

— А теперь иди, — сказал он холодным, деловым тоном, но я всё ещё видела сохранившуюся в глазах теплоту. — Иначе опоздаешь.

Мне дважды повторять тоже не нужно было.

Я влетела на этаж к Лире примерно через тридцать минут после того, как села в дворцовую карету. До дома меня довезла карета, там пришлось буквально выскочить из дорогой для бедных районов одежды и одеться соответственно ситуации. А потом бежала, бежала и бежала до самой квартиры Лиры, изредка останавливаясь, чтобы отдышаться. Если бы в этом мире фиксировали рекорды, я бы была первой по скорости преображения из благородной леди в простую горожанку с попутным перемещением из королевского дворца в бедняцкий район столицы. И ещё минут пять, будучи не привыкшей к подобным «марафонам», стояла, прислонившись спиной к стене. И глубоко, глухо и с непонятным клокотанием в груди дышала, пытаясь нормализовать своё состояние, борясь с подступающей тошнотой и стараясь не шипеть от боли в отбитых пятках. Выходило… хреново. Кислород после столь длительной пробежки обжигал словно напалмом лёгкие, а сердце буквально отказывалось со мной сотрудничать.

— О, лагуна моя пришла! — должно быть, я дышала излишне громко, ведь Лира буквально высунулась наружу в любопытстве. — Проходи давай, нечего тут стоять.

Я отлипла от стены и тут же не почувствовала под ногами опоры. И, кажется, упала бы, если бы не среагировавшая вовремя Лира.

— Ох! Ты чего?

— Бежала… к… тебе… — глотая воздух высохшими губами, произнесла я.

— Ну и на кой? Пришла бы позже! — недовольно фыркнула девушка. — А теперь тебя ещё и отпаивать.

Она затащила меня в свою квартиру, недовольно ворча и периодически тихо так матерясь. Я старалась ей помочь, рукой опираясь на стены коридора. Медленно, шаг за шагом, мы продвинулись в третью комнату. Там Лира бесцеремонно скинула меня на кушетку, заставив упасть на неё и чуть ли не стечь вниз от бессилия. Обижаться на такое пренебрежение абсолютно не хотелось, да и она действовала в рамках нормы. Через время она принесла стакан с холодной водой и подняла спинку вверх, заставив из последних сил сесть, ведь пить лёжа вредно. Так я и сидела, громко дыша и изредка выпивая мелкими глотками воду.

— Ну-с… — произнесла Лира, принеся с собой какие-то бумаги, кажется с моим анализом крови, и присаживаясь на стул рядом, когда я уже перестала сипеть и просто тяжело, но ровно дышала. — Всё у тебя хорошо… Разве что ешь побольше мяса и почаще пей воду, — раздался шелест переворачиваемых листов. — И на сладкое не налегай, а то так легко с талией расстанешься.