Книга Её военная милость, страница 40 – Виктория Руиза

В тот же миг дверь распахнулась, и в комнату вошла Селестия. Исчезла прежняя взволнованность, уступив место привычному спокойствию, оттененному легкой надменностью. Опустившись за стол, она обвела присутствующих молчаливым, оценивающим взглядом. Было очевидно, что нечто вновь омрачило ее мысли, но на этот раз она твердо решила держать свои переживания в тайне.

— Приятного всем аппетита, — нарушил неловкую тишину Ник и начал есть.

Я взял вилку в руки и тоже решил немного перекусить, но всё равно старался смотреть за Селестией. Она налила себе вина и даже не собиралась притрагиваться к ужину. Это было странно.

— Что-то не так? — решил я её спросить.

Она перевела на меня полный задумчивости взгляд.

— Кто-то из вас что-то знает о семье Торнвальд?

Я решила во что бы то ни стало выяснить про связь Торнвальдов с этой историей. Надев одежду и свой обычный образ равнодушия, я спустилась в столовую. Все уже были на месте, что немного обнадеживало меня.

Все приступили к еде, а я же налила себе вина и продолжила наблюдать, пока Дайн не задал мне вопрос:

— Что-то не так?

В его голосе звучала нотка беспокойства, и я решила открыться, но совсем чуть-чуть.

— Кто-то из вас что-то знает о семье Торнвальд?

Все переглянулись, а Эва заметно занервничала, чем привлекла моё пристальное внимание.

— Я знаю, немного, — ответил Дайнрен, и все посмотрели на него. — В детстве, я дружил с их сыном, поэтому иногда бывал у них дома.

— Можешь что-то рассказать?

— Ну, на сколько я помню, то рассказывать особо нечего. Тогда все выглядело абсолютно нормальным, никаких проблем не возникало, семья как семья.

— То есть, они жили втроём долго и счастливо? — спросила я с легкой издёвкой.

— Ну почему же втроём, вчетвером.

— Вчетвером?

— Ну да. У них ещё была дочь, но она тогда только родилась, поэтому про неё совсем ничего рассказать не могу. Тогда же отца семейства в чем-то обвинили...

— Да, точно, в подделке документов, — подтвердил Ник.

— Возможно, — продолжил Дайн. — Так вот, после этого обвинения они куда-то уехали, и, естественно, связь с Торнвальдом младшим была потеряна. В принципе всё, больше я ничего о них не знаю.

Я задумалась над историей Дайна. Как жаль, что я была слишком маленькой и ничего об этом не помню. Неужели король нашёл их? Или они были где-то поблизости? Да и реакция Эвы... Неужели она что-то знает?

Меня вдруг охватило желание расспросить её, но что-то внутри остановило. Я не могла быть слишком настойчивой, не зная, какие тайны она сама могла скрывать. Вместо этого я решила перевести разговор на другую тему, чтобы позаботиться о том, что у нас есть.

Эва быстро подняла взгляд, и я заметила, как у неё в глазах промелькнуло что-то, что напоминало жалость или даже страх.

— Это всего лишь слухи, — сказала она, но её голос звучал неуверенно. — Мы не можем основывать на них свои выводы.

— Но Эва, никто и не строит выводов, это просто разговор, — произнес Николас.

Я почувствовала, что она боится, и это только подогревало моё любопытство.

— Что ты об этом думаешь, Эва? — спросила я, обращая внимание на её поведение. — Ты же знаешь явно больше, чем говоришь.

Она отрезала взгляд, словно оценивая, стоит ли продолжать разговор. Внутри меня закралась надежда, что она готова поделиться, и что, может, одно из её слов поможет нам разгадать загадку.