Книга Закрытая академия. Сломанная Истинная для дракона, страница 30 – Анна Флор

— Поэтому вы убили императора? — Спрашиваю скорее на «удачу».

— Я сделал всем одолжение. Пойми, я просто возвращаю своё. Свою… Всё, что я делаю, всё это ради одного человека. Кстати, а почему ты не на паре? — вдруг меняется в лице ректор, хитро прищуриваясь. — На этот раз отработка для тебя будет немного болезненна.

Резким движением выхватив руку из кармана мантии, он хватает меня за плечо. В другой его руке мелькает пакетик с розовой пыльцой — флёром. И в секунду пыльца летит мне в лицо.

Тело сразу наполняется слабостью и становится податливым, расслабленным.

Я с трудом поднимаю голову и фокусирую мутный взгляд на мужчине. Всё заволакивает пеленой, и само происходящее будто вовсе не со мной… Как в дурном страшном сне.

Что же Дом Дарквудов мог сделать такого с ректором? Кого он забрал? Женщину? Любимую? Мать? Сестру? Дочь⁈ Бездново пекло!

— Маленький сложный ритуал. Не беспокойся, я не сделаю тебе сильно больно, — спокойно говорит ректор, присаживаясь передо мной на одно колено. — Больнее будет Кайну.

В какой момент я оказалась сидящей на стуле?

— Успокойся. Будет неприятно жечь, но терпимо. У меня нет иного выхода, милая Айра. — Он пальцами касается моего лица, а во взгляде скользит сожаление.

От зажженных ритуальных свечей пляшут тени на каменных стенах. И делают это они настолько зловеще, что сомнений не появляется: ритуал черный и незаконный.

Напротив моей и его груди зависают в воздухе два ритуальных камня с нанесенными символами.

Всё это наблюдаю какими-то обрывками. Словно моя реальность то и дело ускользает от меня.

— Что происходит? — непослушными губами произношу.

Мужчина уже снял мантию и расстегнул рубашку, обнажая твердую грудь с бледной кожей, на которой красуется множество странных и сложных плетений.

Ректор начинает что-то тихонько напевать, чертя угольком, вымоченным в каком-то отваре, символы на деревянном полу. Они вспыхивают один за другим.

И я вместо ректора Грасса отчётливо вижу моего папу.

— Так ты согласна на эту привязку, милая? — широко и тепло улыбается папа.

Его голос звучит знакомо до боли. И так ласково, что сказать «нет» просто равносильно предательству.

— Да, — ошарашенно произношу, ощущая тоску и любовь к папе.

Но разум проясняется, и я вижу господина Грасса.

— Вот и славно, — кивает он. — За это я уважаю флёр. Всегда можно предвосхитить, как он повлияет на того или иного адепта.

Где-то на уровне груди разрастается жжение. Тихое, шипящее, оглушающее болью.

— Теперь, если я окажусь в смертельной опасности, погибнуть придется тебе. Так и работает эта привязка, — спокойно говорит ректор Грасс. — Иди, Айра. Не советую никому распространяться. Таким, как мы с тобой, никто не верит. И спасать тебя никто не станет. А теневые драконы даже рады будут уничтожить обоих «нулевых».

— Вы чудовище, — севшим голосом произношу, ощущая слабость, неверие и дикий, животный страх, напрочь засевший в душе.

— Мне просто нужна его магия. Достанешь ее, и я разорву привязку. Уедешь в другую академию и навсегда забудешь об этих неудобствах. И чтобы удержать тебя от лишних соблазнов…

Он оскаливается холодно.

Хватает мою руку и приказывает:

— Ты не сможешь рассказать об этом. Никому и ни при каких обстоятельствах. Ты не сможешь никак намекнуть и дать понять. Иначе твоя жизнь в секунду оборвется. Достань его магию. У тебя есть месяц. — Ректор Грасс улыбается нежно и дополняет: — Я же не зверь.