Книга Академия Квинтэссенция. Игры четырех стихий, страница 27 – Мария Никулина

Но что он галантен — это приятно.

Я встала рядом с ним. Эйдан выглядел скучающим. Везет же ему. Я при взгляде на эту толпу едва могу справиться с тревогой — все-таки я на сцене. Мне хотя бы сотую доли его смелости и уверенности.

— Ирен, — внезапно обратился он ко мне, от чего я вздрогнула. Он улыбнулся лишь одним уголком рта. — Извини, не хотел тебя пугать. Видела, что творится у ворот академии?

— Честно говоря, нет.

— И что же, ты не воспользовалась возможностью почувствовать последний глоток свободы и выбраться в город, пока на тебя не надели кольцо?

Ну конечно! Как я могла забыть! После того, как это волшебное украшение окажется на моем пальчике, я не смогу выйти за территорию академии. Голова была забита проблемами, я даже не подумала об этом.

— Я готовилась к испытанию, не до того было.

Надеюсь, моя ложь звучала убедительно. Эйдан кивнул.

— Конечно, понимаю. В общем, у ворот столпились газетчики.

— Газетчики?

— Да. Журналисты. Корреспонденты. Репортеры. И все из-за тебя.

— Меня?

— Ну конечно. Десять лет Игр четырех стихий не было, и их еще столько же не проводили бы, если бы не ты. Я очень хотел в них поучаствовать, кидал монетку с первого курса, и вот мы здесь. Все благодаря тебе. Так что... Спасибо.

Я надеюсь, что мои щеки не стали пунцовыми, потому что я чувствую жар по всему телу.

Надо же, кто-то не делает трагедию из-за моего выбора. В смысле, я понимала, что другие факультеты заинтересованы в Играх, но слышать это лично гораздо приятнее. Тем более от такого, как Эйдан.

Так, надо продолжить разговор, а то неловкое молчание затянулось.

— Но если у ворот было полно репортеров, то почему их нет здесь? — Как бы между делом спросила я.

— А вот это хороший вопрос, — сказал Эйдан. — У меня есть теория. Опять же, я думаю, это все из-за тебя. Может, Тритон боится, что тебя заснимут на зеркалки и растиражируют твое лицо по всему королевству Сагеней. Все-таки недоброжелателей теперь у тебя очень много, а он заботится о твоей безопасности.

— Надо же. Об этом я не думала.

Эйдан смахнул рыжую челку со лба.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Я глянула в окно. Дождь перерос в ливень. Он был такой силы, что капли сливались в сплошную стену. Сверкнула молния. Через две секунды послышался раскат грома такой силы, что в нем на пару секунд потонул гул толпы.

В зал вошел Аварис. Студенты мигом расступились перед ним. Проректор нес в руках большую темно-синюю резную шкатулку. Я так залюбовалась орнаментом из цветов и листьев, что на секунду перестала нервничать. Сундучок был старинным — и наверняка не лишенным магии.

Геб подошел к краю помоста и поднял Авариса вместе со шкатулкой так, будто это была десятилетняя девочка с куклой. Под общие смешки земной маг поставил проректора на середину сцены.

— Да-да, спасибо, — раздраженно отмахнулся Аварис и поставил шкатулку на трибуну.

Тритон вышел вперед и заговорил.

— Дамы и господа. В этот не побоюсь этого слова исторический день мы собрались, чтобы поприветствовать участников Игр четырех стихий!

Бурные аплодисменты и выкрики. Я окинула взглядом толпу: кроме Лоры, я больше не увидела синих мантий. Неужели абсолютно все водные маги решили меня избегать?

— По традиции, Игры начинаются с вручения колец. Эти кольца необычные. Перед каждыми играми в них вставляют заговоренные драгоценные камни, благодаря которым каждый участник сможет попасть на испытание. В этом году для земного мага подготовили изумруд, для воздушного — опал, для огненного — рубин, а для водного — особенную голубоватую жемчужину из глубин Туманного Океана.