Книга Владелица усадьбы Карантар, страница 62 – Надежда Соколова

— Значит, нужно будет сопоставить то, что у нас есть, с этими описаниями. Если найдём соответствия – сможем открыть больше помещений.

— Именно так.

— Отлично, мастер Веланд. Вы проделали большую работу. Продолжайте в том же духе. И, пожалуйста, держите меня в курсе.

Он поднялся, бережно завернул книгу обратно в ткань и, поклонившись, вышел. Дирк, всё это время стоявший у двери, тихо спросил:

— Тётя Ариадна, это значит, под нами целый город?

— Не город, но сеть – возможно. И если она сохранилась, это даст нам огромное преимущество. Тайные пути, убежища, возможность незаметно перемещаться. Всё это стоит изучить.

Я откинулась на спинку кресла, глядя на огонь в камине. День принёс ещё одну загадку, ещё один проект. Но теперь я знала: Карантар – это не просто поместье на поверхности. Это целый мир под землёй, и мне предстояло его открыть.

Глава 22

Глава 22

На следующий день после разговора с Веландом ко мне заглянул Теодор. Вид у него был ещё более возбуждённый, чем обычно – он буквально светился изнутри, и я поняла, что в библиотеке нашли что-то особенное.

— Госпожа Карантар! – воскликнул он, едва переступив порог кабинета. – Вы не представляете! Я должен вам рассказать!

Я жестом пригласила его сесть и велела Дирку приготовить бумагу для записей – на всякий случай.

— Рассказывайте, Теодор. Только спокойно и по порядку.

Он перевёл дух, но глаза его всё равно горели.

— Мы с Веландом продолжили разбор библиотеки. Систематизируем по секциям, как вы велели. И знаете что? Там не только технические трактаты и магические фолианты. Там огромный раздел художественной литературы и искусства!

— Художественной? – переспросила я. – Поэзия, проза?

— И поэзия, и проза, и драматургия! – закивал он. – Целые стеллажи! Я нашёл сборники стихов, которые считались утерянными ещё триста лет назад. Пьесы, которые никогда не ставились при жизни авторов. Романы в стихах, эпические поэмы… – он перевёл дух. – И иллюстрированные рукописи! Миниатюры, орнаменты, портреты! Там такие работы, госпожа… я никогда не видел ничего подобного!

Я слушала, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри уже оценивала масштаб находки. Художественные книги – это не только культурная ценность, но и потенциальный капитал. Богатые коллекционеры платят за такие вещи огромные деньги.

— Насколько они древние? – спросила я.

— Самые ранние – примерно тысяча лет, судя по стилю и языку. Более поздние – лет пятьсот-шестьсот. Но сохранность! Вы бы видели эти миниатюры – краски не выцвели, золото не потускнело. Стазисное поле сработало безупречно.

— А содержание? Есть что-то, что может быть… опасным? Еретическим? Крамольным?

Теодор задумался.

— Вряд ли. Это в основном светская литература: любовная лирика, героический эпос, сатирические пьесы.

Я кивнула. Это хорошо.

— А что с авторами? Есть известные имена?

— О да! – глаза Теодора снова загорелись. – Например, я нашёл полное собрание стихов Элиана Среброуста. Считалось, что из двадцати его поэм сохранилось только семь. А здесь – все двадцать! И комментарии, написанные его учениками! Это сенсация, госпожа!

— Имена мне ничего не говорят, – призналась я. – Но я понимаю ценность. Сколько таких книг?

— Пока мы насчитали около двухсот томов, но это только начало. Там ещё много неразобранного. Я думаю, общее число может достигать пятисот.