Книга Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе, страница 91 – Ева Тайга

— Да. Полярная сова в седьмом поколении. Я не превращаюсь, но это перо моей прапрабабушки, она умела менять лик. Дарю его тебе в знак уважения и доверия, а также благодарю за гостеприимство. Так принято у меня на родине.

И она традиционно поклонилась, приложив руку к груди.

Вечером мы с Эриком сидели на берегу озера, смотрели, как закат красит воду в розовый, и говорили о пустяках. О том, что нужно будет на следующей неделе встретить моих подруг с вокзала, что утром нужно встать пораньше для рыбалки, что я хочу посадить малину у забора… Обычные, простые вещи, из которых и складывается настоящая жизнь. У меня слегка гудела голова от вина и я глупо хихикала, кидая в озеро плоские камешки.

Многим позже, когда луна поднялась высоко и озеро стало чёрным зеркалом, Эрик задумчиво пробормотал:

— А ведь когда-то я был уверен, что обречён. Но теперь… Теперь у меня впереди вся жизнь. С тобой.

Я молча кивнула, не отрывая взгляда от озера, освещённого луной, а затем обняла волка, прижалась к груди, слушая, как ровно бьётся его сердце и вдруг поняла, что это и есть счастье. Начало жизни, в которой страх больше не хозяин. В которой любовь сильнее проклятия.

Лес больше не пугал меня, не шептал предостережения. Теперь он пел о доме. О нашем доме.

Красный плащ, которым мы укрылась, также больше не вызывал у меня ни страха, ни воспоминаний.

Эрик мечтательно вздохнул, отыскивая на небе звёзды и нежно поцеловал меня в висок.

Я зажмурилась от восторга, стараясь запечатлеть в памяти это мгновение, а затем смело взглянула прямо в лицо полной луны.

И она ответила мне застенчивым мерцанием…

Эпилог

Счастье есть. Оно рядом. Я знаю его.

Знаю его любимый цвет.

Знаю, что он ждёт весну.

Он красивый. И добрый.

Любит меня.

Он смешной, хоть и плохо понимает юмор.

Он предан мне. А я — ему.

Как я могу не любить?

* * *

Я стою на веранде, подставляя щёки ласковому солнцу. Кажется, что обо мне заботится всё, что меня окружает. Всё, до чего я касаюсь.

В лесу от меня словно разбегаются колючки и острые камни, у озера ветер сразу меняет направление, чтоб я не замерзала, а домашние дела решаются сами собой.

Я просто купаюсь в нежности и безопасности, плаваю в ней, словно в той самой молочной реке с кисельными берегами из любимой детской сказки.

Эрик каким-то образом умудряется оказываться везде и сразу.

Он подаёт мне чашку с чаем прежде, чем я попытаюсь наклониться к столу и по тону моего голоса понимает, когда стоит приглушать свет по вечерам, кормит с ложечки…

— Давай я разотру тебе спинку? — нежно шепчет мужчина, бережно проходясь ладонями по моей пояснице, и от этого движения я блаженно постанываю.

— Да… Было бы замечательно.

Я улыбаюсь, повернувшись к Эрику и он смотрит на меня с нескрываемым обожанием. Его взгляд скользит ниже.

— Тебе очень идёт беременность.

Моя шея покрывается мурашками от этих слов. Они кажутся мне бесконечно приятными.

Беременность проходит спокойно и уютно, токсикоз меня почти не мучает, только сильно устаёт поясница. Когда я узнала о своём положении, то была на седьмом небе от счастья.

Все эти волшебные этапы мы прошли вместе — первые скрининги, шевеления, УЗИ…

Пожилой доктор, которого Эрик в любую погоду привозил ко мне для регулярного осмотра, довольно кивал головой, отмечая положительную динамику: