Книга Волчья страсть. Красная Шапочка по неволе, страница 28 – Ева Тайга

— Короче, слушай. Я думаю, лишние деньги тебе не помешают. Я вот чего предлагаю: расставишь камеры вокруг своего дома, положишь приманку. А заодно может и девчонку засечём. Ну, если жива ещё.

Голос Эрика зазвенел:

— Думаю, откажусь. Спасибо за предложение, но… Я не верю в вину этой девушки. Думаю, это просто кому-то удобно, есть на кого свалить. И зверь… Уж прости, но это больше похоже на пьяные байки о лесных тварях.

— Да какая разница? Деньги, Эрик. Большие деньги.

— Они мне здесь без надобности. У меня всё есть, я спокойно живу.

— А какое веселье, Эрик…? Какой адреналин? Это же охота века. Человек на человека, человек на зверя, на чудовище!

Я задрожала. Слова казались настолько циничными и резкими, что всё внутри заклокотало от несправедливости.

— Ты что несёшь вообще? Какая охота? Человек потерялся, сбился с пути. Какое наше дело?

— Она преступница, убийца. А ты тут с какой-то замужней бабой…

— Суд доказывает вину! А не какие-то люди, жадные до денег, Генри! И нечего устраивать из этого веселье. Это ничем хорошим не кончится, ты вспомнишь ещё мои слова. Она вообще уже, может, в другую страну сбежала. — Эрик взорвался и это было слышно. Слышно, как дрожит его голос от бессилия.

Но когда зазвучал ответ — мои внутренности сжались.

— Нет, она здесь. Прячется где-то. Может, в сторожке какой засела заброшенной, лес большой. Зря отказываешься. Здесь тоска смертная, заняться нечем, а ты такую возможность упускаешь… Ну, как хочешь. Ты молодой ещё, всё впереди. А я уже старый — мне надо хвататься за любой шанс повеселиться. Узнаешь чего — скажи мне, уж пожалуйста.

— Скажу. — волк почти выплюнул последние слова.

Разговор был окончен.

Я не услышала, когда Генри ушёл и не вышла из кладовки. Эрик сам открыл дверь. Он выглядел крайне помятым.

— Нашли себе развлечение, местные придурки. Слухи быстро разошлись. А жаль, Генри мне нравился раньше. Но я им тебя не отдам. — и он виновато улыбнулся. — Я и предположить не мог, что он такой… Спасибо, что не вышла.

— Не благодари. Я это не ради тебя сделала, а просто, чтоб узнать больше. У тебя друзья не меньшие психи, чем…

— Чем кто? Чем я? — Эрик выглядел подавленно. — Кэтрин, люди в большинстве случаев наказаны за совершение зла. А я… Почему я наказан просто за то, что родился? Я не чудовище. Я не хотел…

Комок застрял в горле.

— Прости, я не думала так выражаться, я вообще не знаю, как ты выжил тут и не сошёл с ума. Вот я бы спятила. Точно. И знаешь…

Я сама не поняла, почему извинялась.

Хотелось сказать что-то ободряющее, доброе. Хотелось, наконец, расслабиться и просто поговорить, как обычные люди. Чтобы эта мука во взгляде напротив ушла, чтобы глаза, наконец, заблестели без этого болезненного жёлтого окраса.

Я открыла рот, чтобы сказать Эрику, словно малышу, что всё будет хорошо. Но язык не повернулся произнести такую банальную ложь и вместо этого я вдруг схватила мужчину за плечи, притянула к себе и поцеловала.

Глава 9

В своей жизни я совершила немало необдуманных поступков. К ним можно отнести прыжок с моста в реку на выпускном, попытку вождения трактора без прав и жуткий вечер после расставания, когда я висела в полупьяном бреду на шее у незнакомого байкера и упрашивала отвезти меня в лучшую жизнь.