Онлайн книга «Наследие Десяти»
|
В отчаянии я сорвала с крепления шланговый душ и, подключив его параллельно с основным потоком воды, опустила вниз, туда, где внизу живота стягивался мучительный узел. Стоило на миг прикрыть глаза, как я вновь видела лицо Андрея. Полуулыбку и игру солнечных бликов на его скулах, длинные темные ресницы, когда он устало прикрывал веки, тонкую вертикальную складочку, что ложилась между бровей каждый раз, когда он хмурился, мелкие лучики морщин у глаз… ярких, изумрудных глаз, от одного взгляда которых перехватывало дыхание. Боги… Моя свободная рука сама нашла рычаг управления и повернула его до упора, увеличивая напор воды до максимума. От резкого давления на чувствительную зону на мгновение потемнело в глазах, и глухой стон сам вырвался из груди. Контроль летел к чертям. Растущее напряжение охватывало все тело, пока воображение подкидывало все новые и новые картины из памяти. Длинные изящные пальцы Андрея на фортепиано – и следом эти же пальцы сжимают мою ладонь, мимолетно касаются щеки, лихорадочно скользят по полу, пока он, стискивая челюсти, пытается справиться с болью от ранения. Его тело… Его широкая, тяжело вздымающаяся грудь, очертания косых мышц – казалось, мои пальцы до сих пор помнили жар его кожи. Эпизоды всплывали один за другим, пока нарастающее мучительное желание накатывало волна за волной. Будь ты проклят, Андрей Деванширский, будь ты проклят… Чувствуя, как подкашиваются ноги, я, изнемогая и тяжело дыша, облокотилась свободной рукой на холодную стенку кабины. Кровь пульсировала в висках: еще немного, еще совсем чуть-чуть… Кажется, я сходила с ума. Мне казалось, будто он и правда был тут. Я чувствовала его запах – смесь пихты и мяты, словно он впитал в себя всю свежесть Диких лесов. Его руки на моих плечах, его губы – тонкие, сжатые от напряжения – на расстоянии дюйма, его сбившееся дыхание на моем лице, шее, груди… Задыхаясь, пока пальцы с остервенением царапали холодный кафель, я откинула голову назад. Потоки горячей воды струились по лицу, затекая в глаза, нос и рот, и я, не в силах сопротивляться подступающей дрожи, до боли прикусила губу. Я видела острый профиль лица парня в свете ночного фонаря, видела, как блестели его глаза, как пульсировала жилка на шее, как он проводил рукой по темным волосам, как тяжело сглатывал и сжимал пальцы в кулак от напряжения… Если бы я могла коснуться тебя по-настоящему, если бы ты только позволил коснуться тебя… Черт! Черт! Черт! Две ровные волны дрожи сотрясли тело, и я, рвано выдохнув в последний раз, обессиленно приложила пылающий лоб к холодной стене кабины, пытаясь отдышаться. Во рту появился металлический привкус. Как же я ненавижу тебя, Андрей Деванширский! Как же я ненавижу то, что ты делаешь со мной… Тонкая струйка крови стекла по подбородку. От резкого стука в дверь, я быстро вытерла ее тыльной стороной ладони. Прокусанная губа – наименьшее из возможных зол. Выбравшись из душевой кабины и заливая пол, я на ходу стянула с кровати простыню и наскоро обвязала ее на груди, скрипя зубами от досады. Сама же просила Лею принести свежие полотенца, и сама же заперла дверь. Впитав влагу, тонкая ткань моментально облепила тело, насквозь просвечивая все, что только можно. Стук повторился. Ну и плевать, в конце концов – это всего лишь Лея. |