Книга Пламя Десяти, страница 172 – Рия Райд

— Он сбежал.

— С Тэроса?! Как это возможно?

— А как возможно избежать суда после убийства императора? Получить поддержку половины Конгресса? Проникнуть в резиденцию моей семьи? Полагаю, Брей сейчас вне доступа. Можем спросить у Андрея Деванширского, когда он решит навестить нас снова, ему явно понравилась твоя подруга.

— Крис…

Дрожа, Кристиан сжал челюсти, пытаясь сдержать рвущееся наружу отчаяние. Его глаза слезились от табачного дыма.

— Знаешь, что это были за слова в сообщении Деванширского? Сразу после лозунга лиделиума?

— «Наследник тьмы должен умереть»? Эти слова? – в замешательстве уточнила Изабель. – Наследником тьмы называли Константина Диспенсера.

— Верно, но ты знаешь, что это за фраза? Кому она принадлежит? Самому же Константину! – выплюнул Кристиан, когда Изабель испуганно покачала головой. – Это он впервые сказал ее. Точнее, написал на стенах своей же спальни собственной кровью восемьдесят семь раз. Восемьдесят семь, Изи, – сглотнув, прошептал он. – Константин написал это восемьдесят семь раз, перед тем как был убит своими же детьми. Своеобразное раскаяние от чудовища, потопившего в крови половину галактики. Я не знаю, даже предположить не могу, откуда Андрею Деванширскому или кому-либо еще может быть известно об этом, но это послание предназначалось не только лиделиуму, который должен был догадаться о моих силах. Оно адресовалось мне. Деванширский знал, что я пойму.

На лице Изабель застыл ужас. Она несколько раз открыла и закрыла рот, пытаясь что-то ответить, но не находила слов. Кристиан смотрел на нее не шевелясь и едва дыша, пока сигара не превратилась в пепел и не обожгла ему пальцы.

— Почему ты никогда не говорил об этом? – спросила она.

— Есть вещи, о которых я не могу рассказывать. Даже тебе.

Лицо Изабель в мгновение ожесточилось.

— Почему?

Он не знал, что ответить. Едкий табачный дым прожег ему горло и затуманил зрение. Кристиану казалось, что тонкой сухой пленкой он облепил все легкие и от этого ему трудно дышать.

— Почему? – потребовала Изабель.

— Потому что тогда я не смогу тебя защитить!

— Защитить меня? Деванширский угрожает тебе в твоем же доме, а ты думаешь о том, как защитить меня от правды?!

Изабель резко побледнела, когда осознала, как прозвучали ее слова. Она прижала руку к груди и подошла ближе.

— Прости, – прошептала она, – я не это хотела сказать, я имела в виду совсем другое.

Кристиан безрадостно улыбнулся. Его улыбка была жестокой и горькой. В ней переплелись ненависть и отвращение, обращенные вовнутрь.

— Тебе не за что извиняться, Изи. Ты сказала все как есть.

— Нет, – Изабель подошла к нему и, взяв его лицо в ладони, заставила посмотреть на себя. – Ты защищал меня с нашей первой встречи, но никогда – ни разу не просил помощи. Каждый раз, когда что-то случается, ты молчишь, будто я не понимаю и не чувствую, что что-то происходит! Сколько раз я должна повторить, что хочу быть рядом, Кристиан?! Сколько раз мне нужно выбрать тебя, чтобы ты понял, что я не уйду в любом случае? Как бы ты ни пытался меня оттолкнуть!

Кристиан судорожно выдохнул и прикрыл глаза.

— Теперь, когда весь лиделиум знает о моих силах, – все, кто рядом со мной, под угрозой. Мама, Эмилия, ты. Мне плевать, что будет со мной, Изи, – прошептал он. – Но я вряд ли вынесу, если потеряю кого-то из вас.