Книга Пламя Десяти, страница 103 – Рия Райд

Я не видела даже теней, а все звуки потонули в вакууме звенящей тишины. Была лишь боль, что продолжала разрываться внутри яркими вспышками и расползаться по нервным окончаниям, а еще хаос спутанных мыслей. Спустя какое-то время я услышала отдаленный крик, и только потом до меня дошло, что это был мой собственный голос. Где-то очень далеко, где мучилось в агонии мое реальное тело.

Мне казалось, прошла вечность, прежде чем перед глазами вновь начали возникать смазанные очертания Бастефорской площади. Я все еще стояла перед Марком, сжимая его плечи, и боль из его тела ровными, размеренными волнами перетекала в мое. Он смотрел на меня со смесью замешательства и благодарности. Его рубашка насквозь пропитывалась кровью, что расползалась огромным багровым пятном по ткани и падала на платформу, устланную гербом Крамеров. Марк моргнул, и по его опухшему лицу вновь потекли слезы.

Я сделала то, что собиралась с самого начала, – передавала в его сознание картины прошлого из воспоминаний Андрея. Их первую встречу на дне рождения Нейка, расследования преступлений Константина Диспенсера, которые они пытались проводить втайне от взрослых, длинные вечера в резиденции Брея и долгие беседы о том, какой будет галактика, когда они вырастут. Я перебирала десятки воспоминаний, в которых то и дело мелькали смех Муны и Алика, язвительные шутки Питера, недовольное ворчание Нейка Брея, короткая, задумчивая полуулыбка Андрея и его горящие глаза.

«А ум-мирать обязательно? Чтобы попасть в рай».

«Если бы все желания нашего сердца имели свойство сбываться в реальной жизни, в рае не было бы смысла».

Тяжелые, рваные всхлипы Марка застревали у него в горле, пока его тело сотрясалось на ветру в болезненных судорогах. Слова Андрея в его голове заглушали даже замедляющееся биение сердца. Я вкладывала их в его сознание, словно составляла пазл.

— Мария, – обессиленно прошептал он. – Они придут за вами, за каждым из вас. Леонид сказал, что они отомстят.

Марк бредил. Это было ясно и по тому, как на его лбу выступил холодный пот, а из взгляда ушел последний проблеск ясности.

— Кто «они»?

— «Новый свет». Леонид сказал мне это перед тем… перед тем, как его вывели сюда. Он сказал, что все так, как и должно быть, что это только начало…

Я вцепилась в его плечи.

— О чем ты говоришь?

— Он сказал, это… это только начало, – задыхаясь и с трудом выдавливая слова, повторил Марк. – Что дни лиделиума сочтены. Он сказал, что все, кто сегодня здесь, скоро заплатят.

— Что это значит?!

— Пе-передай это Андрею, – прошептал Марк побелевшими губами. – Предупреди его. Все это только начало…

— Что это?! Мельнис? Ваша с Леонидом казнь?! Что именно?!

Марк сглотнул и обессиленно прикрыл глаза.

— Вселенская война Константина, восстание против Диспенсеров, Мельнис, ты, Кристиан – все это только начало. Это… все это часть плана. Передай Андрею, предупреди… пожалуйста, предупреди его.

Марк последний раз втянул воздух, уронил голову на грудь, и меня оглушила пустота. Боль, страх, отчаяние, надежда, злость, одиночество, благодарность – весь калейдоскоп чувств Марка исчез, оставив лишь пустоту и шум ветра. Он умер. Все было кончено.

Я медленно опустила дрожащие руки с его плеч и отошла на пару шагов от повисшего, окровавленного тела. Меня трясло.