Книга Кровь Десяти, страница 104 – Рия Райд

– Анна, dash’^[35], ты что-то хотела?

Я подняла глаза и вздрогнула всем телом. Элиас Понтешен сидел на своем месте, когда мой взгляд скользнул на сиденье, и его уставшее лицо потерялось в клубах дыма. Одинокие лучи и правда освещали лишь ту часть стола, где не было рабочей панели. Меня пробирал скользкий, ледяной страх.

– Достаточно на сегодня, lakki^[36], когда ты последний раз отдыхал?

– Солнце не берет выходных, – изнеможенно сказал он, потерев глаза.

– Но даже оно спит ночью, – напомнила Анна. – Идем, Райли уже накрыла на стол.

– Ты скоро покинешь нас, dash’^[37]. Моя любимая дочь станет императрицей, но для меня, старика, это лишь значит, что даже солнце поблекнет, – грустно улыбнулся Элиас. – Я утрачу возможность любоваться тобой каждый день, а Ландер останется без сердца.

– Ты его сердце, не я. И где бы я ни находилась, мой дом всегда будет здесь.

Макс положил руку мне на плечо.

— Вы снова что-то вспомнили, миледи?

— Что?

— Вы, кажется, опять ушли в себя, вот я и подумал, что вы снова что-то вспомнили. – Он растерянно указал на дверь. – По пути сюда вы сказали, что начинаете вспоминать то, что когда-то забыли…

— Да, – прошептала я, почувствовав, как саднит в горле. Острая боль пульсировала в голове, из-за чего комната в глазах дрожала, словно помехи на голограмме. – Да. Я очень устала, Макс, могу я попросить вас…

— Воспоминания – это прекрасно, – с воодушевлением перебил меня он. – Пойдемте! Я должен вам срочно кое-что показать, миледи! Нет лучшего для них места.

Он увлек меня по коридору. Помещения сменялись одно за другим, как в ускоренной перемотке, и силуэт Макса, уводящего меня вперед, был единственным четким пятном, маячившим перед глазами. Я шла за ним как в тумане, не успевала разглядеть ни проходов, ни залов, ни операционок, что встречали меня практически в каждом из них, и даже не сразу поняла, где оказалась, когда Макс вдруг остановился и посмотрел на меня в восторженном ожидании.

— Разве в мире существует место поразительнее, чем это?

Десятки, если не сотни фотографий-голограмм вспыхнули и окружили нас со всех сторон. Макс скользил мимо них, увеличивая то одно изображение, то второе. Почти на каждом из них мелькали бесконечные члены династии Понтешен. Меня передернуло, когда на многих из них я заметила свое собственное лицо, но, как оказалось, оно было далеко не единственным знакомым. Всех, кто был на фотографиях, я точно видела раньше, хоть и не могла вспомнить, где именно. Всех до единого. Словно была здесь бесчисленное количество раз.

— Это…

— Галерея памяти, – закончила я. – В резиденции Нозерфилдов точно такая же.

— Именно так, ваша светлость, – просиял Макс. – Жена Элиаса Ариана-Корнелия, как вам известно, была Нозерфилд. Она создала эту галерею наподобие той, что была у нее на Родосе, только на изображениях, что вы найдете здесь, не Нозерфилды, а…

— Понтешен, – тихо закончила я, изучая одно изображение за другим. – Это я уже поняла.

Здесь было так много портретов, что у меня разбегались глаза. Анны, Элиаса, самой Арианы, Вениамина Нозерфилда, даже Константина Диспенсера и, конечно, «Нового света». Здесь были и фотографии из архива Крамеров, что еще в детстве нашли Андрей с Марком, и часть из тех, что я видела в резиденции Нозерфилдов. Если бы я только увидела их раньше! Если бы узнала, что Вениамин Нозерфилд был частью «Нового света», какие взаимоотношения его связывали не только с Анной, но и с остальными. Если бы успела догадаться до всего этого до того, как война стала неизбежной.