Книга Высокие ставки, страница 47 – Пайпер Рейн

Она ставит пиво на салфетку, крутит бутылку взад и вперёд и делает что угодно, только не смотрит на меня.

— Итак, мы можем поговорить? — я спрашиваю ещё раз.

Кажется, я только что почувствовал, как мои яйца сморщиваются и умирают. Могу ли я быть ещё более жалким?

— Это общественный бар. — Её глаза встречаются с моими, и я задаюсь вопросом, какого черта они кажутся такими грустными.

Я смотрю на Дейна за барной стойкой, его глаза оживились и готовы подслушивать, а через несколько барных стульев сидит пара.

— Можем ли мы отойти? — спрашиваю я, зная, что прошу слишком многого. Чтобы изолировать её от всех.

К моему удивлению, она допивает пиво, ставит его на стойку и встаёт.

— У тебя есть две минуты. — Она уходит.

Дейн поднимает брови с той же всезнающей ухмылкой на губах.

Я следую за ней, и как только мы оказываемся в заднем коридоре возле туалетов, она прислоняется к стене, скрестив руки перед собой.

Мы можем зайти в офис Дейна. Он не будет возражать. Я показываю рукой дальше по коридору.

— Да, нет, спасибо. Здесь, — она оглядывается, — уже достаточно приватно.

— Он тебе интересен? — я спрашиваю о том, что мне сейчас действительно важно.

— Кто? — ее брови сошлись вместе.

— Дейн, — процеживаю я сквозь стиснутые зубы.

Она позволяет рукам опуститься по бокам.

— А у тебя стальные нервы.

— Ну, а у тебя?

Она молча размышляет минуту, прежде чем ответить.

— Ты преследуешь меня неделями, наконец получаешь мой номер, просишь кофе, а потом даже не удосуживаешься позвонить.

Меня охватывает облегчение. Она злится, потому что у нас не было свидания с кофе? Я всего лишь парень и никогда не понимал женщин так хорошо, но я почти уверен, что это означает для меня только хорошее.

— Вот почему ты расстроена?

Она бросает на меня взгляд, который я могу описать только как «ага».

— Конечно, поэтому я расстроена. Почему ты не позвонил?

Я засовываю руки в карманы и качаюсь на пятках.

— Я собирался. Я собирался позвонить тебе и уточнить о кофе. Затем твой отец позвонил мне и сказал, что приедет на эти выходные, и я начал думать о том, что он подумает о том, что его младшая дочь проведёт время с мужчиной на десять лет старше её, и подумал, что лучше оставить тебя в покое.

— Ты так бесишь. Я взрослая женщина, Маркус. Я могу принимать собственные решения. — Её руки сжались в кулаки по бокам.

В такие моменты мне бы хотелось, чтобы её характер не заводил меня так сильно. Я меняю стойку, чтобы приспособиться к растущему отвлечению в штанах.

— Я не думал, что это будет иметь большое значение. Это ты настаивала на том, чтобы мы встречались просто как друзья. — Я добавляю воздушные кавычки к части «как друзья» для акцента.

Она сжимает губы и ничего не говорит. По тому, как она сузила глаза, я вижу, что она понимает, что я прав.

— Если ты просто хочешь дружить, то почему ты так расстроилась, что я не позвонил насчёт кофе? Почему ты вела себя так, будто не узнала меня, вместо того, чтобы просто послать меня к черту, когда впервые увидела меня? — я спрашиваю.

Глухой смех вырывается из её горла, когда её взгляд сосредоточился на мне, её веселье быстро угасает.

— Я больше не та восемнадцатилетняя девушка. Я не та девушка, которую можно раздавить несколькими словами. И я не та девушка, которая будет тосковать по тебе. Мне просто не хотелось вспоминать прошлое. У меня такое чувство, будто я даже больше не узнаю ту девушку. Я выросла.