Книга Клятва мести, страница 102 – Пайпер Рейн

Смит поочередно строго на нас смотрит – видать, рассчитывает заранее предупредить возможные инциденты.

— Итак, Данте и Марчелло, – вызывает он, и мы окидываем друг друга недобрыми взглядами. – Выберите себе по пистолету.

Я беру «смит-вессон», Данте снимает с полки «хеклер-кох».

— Оружие затыкаем за пояс брюк сзади. Помните, о стрельбе сейчас речь не идет. Действовать начинаем по сигналу – посмотрим, кто из вас быстрее выхватит пистолет. Снимаем обувь, переходим на маты.

Мы с Данте перемещаемся в заднюю часть класса, однако не успеваем разуться, как в помещении верещит сигнал пожарной тревоги. Я вздыхаю от разочарования.

— Что ж, друзья, правила вы знаете! Все дружно эвакуируемся через выход на северной стороне. Марчелло и Данте, пистолеты оставляем здесь.

Смит указывает нам направление.

Мы кладем оружие обратно в шкаф, покидаем аудиторию и стоим на улице, ожидая разрешения вернуться. Данте приближается ко мне, но моя троица преграждает ему путь.

— Чего надо, Аккарди? – осведомляется Джованни.

— Хотел поговорить с Марчелло.

— Извини, он немного занят, – бросает Николо, широко расставив ноги и сложив руки на груди.

— В чем дело, Данте? – спрашиваю я из-за спин приятелей.

— Похоже, ты тут вышел на тропу войны, пытаясь выяснить, кто убил мистера Косту? Не спорю, Лоренцо получил по заслугам. А я просто хотел еще раз извиниться за свои подходы к Мирабелле.

— Пропустите его, – невольно ухмыляюсь я, и парни расступаются.

— Пытался втихаря занять мое место, а? – говорю я.

Скорее всего, извиниться Данте побудил страх. Испугался, что я подкараулю его в темном углу. Так или иначе, остается его яхта, пришвартованная в том же доке, что и наша.

— Вовсе нет, потому и прошу прощения. Отец Мирабеллы ведь изначально рассматривал меня в качестве зятя, пока не вмешался мистер Коста. Такой брак был бы удачей для нашей семьи – мы смогли бы контролировать всю южную часть страны.

— Неплохая причина меня убрать.

Звучит сигнал об окончании пожарной тревоги, и мистер Смит объявляет, что мы можем вернуться в класс – видимо, тревога учебная.

— Слушай, мы с тобой выросли в одном мире. Я прекрасно знаю обычаи. Ни одна женщина не стоит того, чтобы из-за нее проститься с жизнью.

Студенты гурьбой устремляются в класс, а я медлю: хочу открыть перед Данте свои карты.

— Тогда объясни мне вот что. Какого черта твоя яхта делала в том же доке, что и отцовская, в вечер его убийства?

Данте бледнеет, безмолвно шлепая губами.

— Ребята, прошу – времени у нас осталось немного, – окликает нас Смит, встав в дверном проеме.

— Что, язык проглотил? – поднимаю брови я и направляюсь вслед за всеми.

— Я тут ни при чем, могу доказать, – говорит мне в спину Данте.

— Не сомневаюсь.

Оказавшись в классе, скидываю обувь, беру «смит-вессон» и затыкаю его за пояс.

Данте колеблется, но выбора у него нет.

— Итак, напоминаю: кулаки в ход не пускать. Представьте, что попали в переделку, а на вашем пистолете нет глушителя. Значит, стрелять можно, только если прочие варианты исчерпаны, – бубнит препод, словно мы никогда не нюхали пороха.

Лично мне по барабану, услышат ли свидетели звук выстрела. Я скроюсь быстрее, чем меня успеют заметить. Да хоть бы и заметили… Есть способы заставить людей помалкивать или вовсе исчезнуть.