Книга Проблемный игрок, страница 102 – Пайпер Рейн

Деккер косится в нашу сторону.

— Вы друг другу подходите, — мама одаривает меня искренней и теплой улыбкой.

Я перевожу взгляд на Деккера — в основном для того, чтобы мама не заметила промелькнувшую на моем лице панику.

Знаю, у родителей полно вопросов насчет нашей внезапной женитьбы. Почему так поспешили? Почему я ни разу не упоминал о Хедли? Отец настроен куда более скептически, чем мама, но ни один из них пока не спросил напрямую, что вообще происходит. Для родителей все просто: я бы никогда не женился, если бы не был влюблен. Особенно учитывая, с каким упорством всегда твердил, что не свяжу себя узами брака до тех пор, пока не завершу карьеру в бейсболе.

Мама всегда сильно переживала, остепенюсь ли я когда-нибудь и не сломало ли меня произошедшее с Кензи и Лэнсом, что на данный момент, похоже, просто рада возможности закрывать глаза на очевидные знаки: в отношениях не все гладко.

Я киваю.

— Я тоже так думаю. Нам с Хедли хорошо вместе. Только посмотрите, как здорово мы справляемся.

Замечая, как счастлива мама при виде моей якобы влюбленности, я с тоской думаю о дне, когда придется сообщить ей о разводе. Она легко идет на контекст с малознакомыми людьми, но к Хедли привязалась особенно сильно. Этим утром, стоило только выйти из спальни, я застал их на диване, пьющими кофе и увлеченно болтающими. А прошлым вечером мама позвонила по видеосвязи Харпер, чтобы познакомикомиться как положено.

Соглашаясь на брак, я и подумать не мог, насколько глубоко он проникнет в семейную жизнь, и уж тем более не ожидал, что буду совсем не против того, как прочно Хедли в нее вплетется.

— Нам пора, — Деккер хлопает меня по плечу.

— Отличной игры! — мама поднимает ручку Таннера. — Скажи папе: «Удачи!»

— Папе удача не нужна, — подмигиваю я, а мама лишь закатывает глаза.

Я смотрю поверх мамы с Таннером и встречаюсь взглядом с Хедли. Она улыбается и посылает воздушный поцелуй. В эту секунду мне хочется только одного: перемахнуть через заграждение, взбежать по ступеням и зацеловать ее до беспамятства. И вовсе не для того, чтобы доказать окружающим, будто все всерьез.

По пути к дагауту я пытаюсь прочистить мысли. Отношения должны оставаться платоническими. Черту переходить нельзя. У нас и так все отлично складывается, а секс только все испортит.

Приближается Хейс, уже в полной экипировке после возвращения из буллпена вместе с Макинтошем.

— Ты о чем-то задумался. Хочешь поговорить?

Я сбегаю по ступенькам и опускаюсь на скамейку. Хейс пристраивается рядом. Матч вот-вот начнется, и мне давно пора выбросить из головы постороннюю чушь.

Оглядевшись по сторонам, я шепчу:

— С тех пор как приехали родители, нам приходится спать в одной постели.

Деккер подходит и садится с другой стороны. В глубине души хочется послать его подальше. Вечно он маячит на горизонте, как назойливый ангел-хранитель.

Хейс хмыкает.

— И как там утренний стояк?

— Можно Уиллис-тауэр удержать.

Он снова покатывается со смеху и, понизив голос, хлопает меня по спине.

— Ну, у вас же и раньше все было.

Деккер наклоняется, изображая мою совесть.

— Аж до женитьбы и всей истории с няней.

Хейс пожимает плечами.

— Но если раньше их связывал сугубо секс, то что теперь изменилось?

Мнение Хейса импонирует куда больше, так что я поворачиваюсь к нему.