Книга Похищение с огоньком, страница 38 – Айская

Она снова повернулась к Фархаду. Вся её бравада куда-то ушла, осталась только голая, дрожащая ярость и невыносимая влюблённая ревность.

— Знаешь что? Наша сделка аннулирована! — она взмахнула руками в сторону и толкнула Фархада в грудную клетку. — Так что, катись колбаской, по малой Спасской, к кому захочешь. Только от меня отстань.

— Ну и прекрасно! — выдал Фархад не раздумывая ей в ответ. — Аннулирована, так аннулирована. Как скажешь, царица драмы! Кстати, насчёт «катись колбаской»… Забавно, что ты так рьяно отправляешь меня куда подальше, но при этом глаза твои кричат совсем о другом. — выкрикнул он в уходящий силуэт Василисы, сквозь громкую музыку.

Василиса, задыхаясь от рыданий, растолкала танцующую толпу, не слыша возмущенных восклицаний. Ворвалась в туалет на третьей палубе, щелкнула замком и, прислонившись лбом к холодному зеркалу, залилась слезами.

— Дура! Дура, дура, дура! — шипела она сквозь слезы, сжимая раковину так, что кости побелели. — Не влюблена! Ни капли! Он — средство. Денежный инструмент, как и Онур. Все это спектакль. Он… он просто вывел меня из себя. Я просто… слишком хорошо вжилась в роль. Да. Зря я что ли в школе в КВН играла. А вообще нужно магний В6 попить для профилактики.

Она глубоко, с присвистом вдохнула, пытаясь взять себя в руки.

— А эта дурацкая, предательская дрожь, когда он рядом… Это просто нервы. Я по идеи, должна свою задницу греть на лежаках, коктейли попивать. В следующий отпуск, поеду в санаторий профилакторий, где одни пенсионеры!

Она умылась ледяной водой, глядя на свое заплаканное, беспомощное отражение. Василиса вышла из туалета — и мир перевернулся.

Тишину взорвали истошные крики и топот сотен ног. Воздух стал едким, густым, сладковатый запах гари щекотал горло. По коридорам, окутанным сизым дымом, метались люди, сталкивались, падали. Где-то в глубине судна гремел низкий, угрожающий гул.

«Пожар!» — кричал кто-то прямо в ухо, и это слово повисло в воздухе ледяным ужасом.

Василиса застыла, парализованная, глотая дым. Паника, сжала её горло. Из клубов дыма перед ней материализовалась твердая, знакомая рука. Она впилась ей в запястье, больно и решительно.

— Бежим! Сюда! — голос Фархада был хриплым от дыма, но не допускающим возражений.

Он тащил ее за собой по раскачивающейся палубе к спасательным шлюпкам, но путь был отрезан стеной огня и людской давкой. Они оказались у самого борта. Внизу, в кромешной тьме, зловеще плескалась черная, холодная вода. Отражение огня колыхалось на ее поверхности, как адская рябь.

— Прыгаем! Сейчас! — скомандовал Фархад.

Василиса, цепенея от ужаса, наконец нашла в себе голос, чтобы крикнуть самое важное, единственное, что имело значение сейчас:

— Я не умею… — но ее слова утонули в оглушительном треске лопнувшей где-то внизу конструкции. Фархад, не расслышав, толкнул её в воду и прыгнул следом.

Удар воды выбил из Васьки последний воздух. Мир поглотил грохот, крики, свет — остались только темнота, невыносимый холод в груди и паническое, бессмысленное движение конечностей. Она захлебывалась, шла ко дну, как камень.

Фархад вынырнул, отфыркиваясь, отшвырнул мокрые волосы со лба. Резко огляделся, ища вокруг знакомый силуэт. Василисы не было.

— Василиса?! — его крик был сиплым, сорванным. Сердце упало, остановилось, а затем забилось с такой бешеной, силой, что заглушило все вокруг.