Книга Милый поселок моего детства, страница 34 – Анна Долго

Сандра вошла в дом и позвала хозяйку.

— Заходи, Шурочка, я в мастерской.

— Здравствуйте, тетя Галя. Я сейчас была на могиле мамы и наткнулась на мертвого смотрителя кладбища, его задушили. Мне до сих пор страшно, не могу одна сейчас быть. Решила к вам зайти, если не помешаю, конечно.

— Валерку убили? – Галина приподнялась со стула, на котором сидела, аккуратно рисуя губы деревянной голове куклы. – Да ты что?

— Да. Дядя Миша говорит, что пьяная драка, скорее всего. А вы его знали?

— Валеру? Конечно, я его знала. Он старше нас на десять лет был. Очень жаль. Да ты проходи, садись. Я сейчас чаю заварю, сырники подогрею. Садись вон в то кресло у столика.

Сандра опустилась на мягкую, старомодную мебель и почувствовала себя в безопасности и умиротворении. Тетя Галя быстро выставляла на маленький столик собственноручно приготовленное клубничное варенье, пышные сырники, густую сметану и ароматно пахнущий чай с травами.

— А травки наши, лесные. Я их в том году собрала и насушила. Ах, как жаль Валеру. Надо будет ему похороны организовать. У него же нет никого. Да простит Господь ему все земные прегрешения.

Сандра полила сырник вареньем, отломила кусочек вилкой и, отправив в рот, зажмурилась от удовольствия.

— Ммм, теть Галь, как в мишленовском ресторане. Очень вкусно.

— Твой папа тоже сырники любил, – с грустью сказала Галина и отвела глаза в сторону.

— А вы любили его? Это так?

— Понимаешь, Шур, мы не властны над выбором нашего сердца. Да, я любила твоего папу. А твоя мама была моей близкой подругой. Ее я тоже любила. Она была необыкновенным человеком, чутким, веселым. Так сложилось, что он выбрал ее, а не меня. И я смогла это принять. Было обидно, когда Дима уехал из поселка и оборвал все связи, даже со мной. Ну, что же – это его решение, ему было виднее.

— Теть Галь, вы когда в последний раз были на могиле мамы?

— Так, с недели две назад.

— А вы не помните, ее фотография тогда была на памятнике?

— Была, конечно, была. Я всегда ею любуюсь, она там красивая такая.

— Сегодня в вазоне на ее могиле стоял большой букет сирени, мамины любимые цветы, а фотографии не было. Вы не знаете – кто еще, кроме вас, может ее навещать?

Галина встала и подошла к окну, став к Сандре спиной.

— Люба многим нравилась в поселке. Это мог быть кто угодно.

— А мог это быть мужчина?

Галина резко обернулась и начала говорить с напором, словно боясь, что ее словам не поверят:

— Люба никогда не изменяла Диме! Они начали встречаться еще совсем молоденькими. Ей было пятнадцать, а ему восемнадцать, когда она его в армию проводила, и ждала, все два года ждала. Даже на танцы в город никогда не ездила. Так радовалась, когда письмо от него получала, только и говорила, что о нем. Но вот потом, когда Дима вернулся, разлад у них вышел. Она мечтала стать медсестрой, собралась в город ехать, учиться. А он категорически против был. На свадьбе настаивал. Твоя мама характер проявила, сказала, что она его ждала, и он ее должен подождать. Дима тогда несдержанный был, молодой, горячий, и с психу, назло, что не по его, порвал с Любой. Она плакала, горевала, но от своего не отказалась. Собрала вещи и уехала поступать в медицинское училище.

— Так, значит, в их отношениях был перерыв? Я этого не знала. И что было потом?