Книга (не) мой единственный, страница 92 – Ольга Которова

А еще что-то мне подсказывало, что скоро явится Костров. Мой побег из больницы не останется незамеченным. Ярославу вообще не нравится, когда его не слушают, а в связи с последними обстоятельствами ко мне он явится не в радужном настроении.

Отбросив все мысли, я, как и хотела, пошла в душ. Долго стояла под теплыми струями воды, смывая с себя вчерашнее происшествие. Затем завернулась в махровый халат и пошла на кухню. Налила в чайник воды и только поставила его на платформу и включила, как по квартире разнеслась трель дверного звонка. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы угадать, кто пришел. Я подошла к входной двери и, приподнимаясь на носочках, посмотрела, кто стоит за дверью и увидела хмурое выражение лица Ярослава. Перед глазами пронеслись картинки, и в ушах зазвенел его раскатистый голос, который сообщал мне, что я буду жить с ним. Очень не хотелось куда-то уезжать из своей квартиры. Мозг тут же воспроизвел картину, как Костров закидывает меня на плечо, уносит в свой дом и запирает меня там. Дернув плечами, прогоняя ненужные мысли, я повернула ручку замка, от тут же щелкнул, и дверь распахнулась.

Мы с Костровым несколько секунд стояли и просто смотрели друг на друга, пока он не заговорил.

— Можно войти?

Я молча кивнула, и Ярослав, открывая дверь шире, вошел в мою квартиру и протянул букет цветов.

— Это тебе.

— Спасибо. Чай будешь?

— Буду.

— Тогда снимай обувь и проходи на кухню.

Больше не говоря ему ни слова, я прошла мимо него, завернув на кухню. Слышала, как за спиной хлопнула дверь и щелкнул замок. Я подошла к ящикам и достала из одного из них вазу, в которую поставила цветы.

Ярослав молча прошел на кухню и сел за стол. В это время уже вскипел чайник. Поставив на стол две кружки, я положила в них пакетики с чаем и залила кипятком, пододвигая одну из кружек Ярославу.

— Я пришел поговорить.

— Говори.

Он помолчал, а потом заговорил.

— Ян, прости меня за вчерашнее. Ты знаешь, что я иногда бываю не в себе, особенно, когда меня разозлить. Я и понятия не имел, что такое может произойти, — он снова замолчал. Его темно-карие глаза смотрели на меня не моргая.

— Хорошо, я прощаю. Что-то еще?

— Да. Вернись ко мне.

От этих слов я саркастически хмыкнула. Хотелось рассмеяться, но сейчас бы это было неуместно. Нет, правда, его поведение было до ужаса смешным.

— Нет, Костров. После того предательства я не вернусь к тебе ни под каким предлогом. Мне лучше с моим ребенком…

Он перебил меня.

— С нашим ребенком. И о каком предательстве ты говоришь?

— Ты это серьезно? — я внимательно посмотрела на него и поняла, что он даже и не догадывается, как сильно меня обидел. — Я стерпела то, что ты выгнал меня, но то, что ты не поверил, что это твой ребенок — это уже чересчур.

— А как мне нужно было поверить? Я несколько лет жил с мыслью, что я бесплоден. Думаешь, это так легко? После измены жены и принятия того, что у меня никогда не будет собственных детей, я отчаялся. А когда и ты мне сказала, что беременна, у меня крышу снесло. Я решил, что и ты тоже мне изменяла. Что я тогда должен был сказать? М-м-м?

— Ты не должен был меня выгонять, это во-первых. А во-вторых, можно было просто поговорить, без всяких оскорблений. Да и как я могла тебе изменить, когда за мной повсюду ходили твои охранники? Ты об этом не подумал?