Книга Видящая во снах, страница 74 – Ольга Которова

Представители прессы полицейский участок уже не атаковали, и удалось нормально припарковаться. А на входе столичного следователя остановил дежурный, сказав, что его ожидает начальник отдела. Рома уже знал, по какому поводу вызов, и был к этому готов.

Перед дверью кабинета начальника отдела Скоблев тяжело вздохнул, а потом постучался. Подождав ответа, вошел внутрь.

Всеволод Афанасьевич встретил временного подчиненного с улыбкой, но Рома все равно заметил фальшь. На самом деле подполковник крайне недоволен.

— Проходите, Роман Русланович, – пригласил Добролюбов и указал на свободный стул, стоящий ближе к столу.

Рома сел.

— Вы хотели меня видеть? – уточнил невозмутимо.

— Да, – начальник тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, смотря куда угодно, только не на Скоблева. – Роман Русланович, вы поймите, город у нас маленький, – начал подполковник речь, к которой, кажется, готовился. – Все друг друга знают и уважают, пытаются прислушиваться и помогать. Я к чему веду, – он на одну секунду замер, а потом первый раз за весь разговор посмотрел на Рому. – Мне Юрий Никифорович позвонил, сказал, что вы его жену в чем-то подозреваете. Это правда?

— Мы просто делали свою работу. Никто его жену ни в чем не подозревает. Вчера на месте преступления нашли носовой платок с ее отпечатками пальцев, и требовалось уточнить, знает ли она, у кого он мог быть. Но Маслеников всячески мешал.

— Я вас прекрасно понимаю, Роман Русланович. Но нужно же как-то поаккуратнее! Юрий Никифорович в нашем городе человек уважаемый. Вы привыкли работать жестко, но у нас здесь люди совсем другие, в отличие от вашей столицы.

Пока Добролюбов распинался, Скоблев сидел молча и размышлял о своем. Его не волновало, что о нем кто-то плохо думает, просто хотелось выполнить свою работу и наконец-то уехать из этого города, который он уже с трудом терпел. Здесь все буквально давило, эти унылые улицы со своими жителями раздражали, как и съемная квартира. А еще вот теперь и начальник сердобольный появился.

— Ладно, – сказал Всеволод Афанасьевич, когда закончил свою монотонную речь, – вы лучше скажите, есть ли подвижки в деле?

— Кое-что есть, но мы пока над этим работаем.

Добролюбов довольно кивнул. Рома не хотел говорить ему о том, что на самом деле все не очень-то хорошо. Скоблеву вообще в последнее время казалось – грядет что-то очень нехорошее, от чего могут полететь головы.  Такое чутье просыпалось редко, но оно никогда не подводило.

После недолгого разговора с временным начальством Рома пообещал больше не беспокоить Масленикова, хотя понимал – если нужно, нагрянет к нему, и не раз.

Чтобы не работать в душном кабинете, в котором вместо хорошего кондиционера жужжал старенький вентилятор, следователь взял свой ноутбук и пошел в ближайшее кафе. Там было прохладно и тихо, а еще подавали безумно вкусный яблочный пирог. Ради него можно смириться и с не особо хорошим кофе.

Выбрав самый отдаленный от входа столик, Скоблев заказал эспрессо и кусок яблочного пирога. Пока несли заказ, открыл ноутбук и загрузил паспортные данные Маслениковой Татьяны Аркадьевны, любезно предоставленные младшим коллегой Морозовым, в поисковую систему.

Нужная информация загрузилась только когда кофе оказался уже практически выпит, а пирог наполовину съеден. Рома тут же отодвинул кружку и стал вчитываться. Нового ничего не нашел, но все же его кое-что заинтересовало: фотография, где молодая Масленикова, еще студентка педагогического института, стояла в компании сверстников. На девушке был длинный белый медицинский халат, а на руке – повязка «Красного креста».