Книга Рыжая для бандита, страница 51 – Ольга Которова

— Я тебе сейчас скроюсь! Так скроюсь… – её голос уже начал переходить на высокие ноты, как мужчина сделал шаг вперёд, и бабулька от испуга хлопнула дверью квартиры и заперлась на несколько замков.

Вот сколько здесь живу, так и не могу понять, почему она меня считает наркоманкой. Сначала меня это обижало. Я даже пыталась поговорить с ней, объяснить, что я вполне нормальный человек. А когда поняла, что это бесполезное дело, прекратила какие-либо попытки донести до неё это.

— Виктория Романовна, простите, но не могу.

— Почему?

— Вы женщина Беркута.

— Слышь, Доктор, я не его женщина и не кого-либо другого! Так что заползай в квартиру. И вообще, ты борщ любишь? – я поймала себя на мысли, что за сутки, пообщавшись с этими джентльменами из преступного мира, сама стала разговаривать, как они.

— Люблю, – улыбнулся расслабленно мужчина.

— Ну вот и отлично! Картошку поможешь чистить.

Мужчины, они же как дети, только ростом побольше. Смотрю вот я на этого детину, который почти два метра ростом. Стоит он в моей крохотной кухне, почти доставая своей макушкой до потолка, и чистит картошку.

— Дим? – позвала я своего помощника, который стоял у раковины и пыхтел от трудности выполняемого задания.

— Да, Виктория Романовна.

— А расскажи мне про Андрея. – Не знаю зачем, но мне захотелось узнать побольше про этого мужчину. А от него самого навряд ли добьёшься какой-либо правды о себе, так что нужно действовать через посредников, которые на него работают. И кандидатура Доктора мне показалась одной из самых лучших.

— Какого Андрея? – с изумлением произнёс мужчина, а потом, видимо, до него дошло, кого я имею в виду. – А-а-а… Вы про Беркута, что ли?

— Да, именно про него.

— Ну что вам сказать. Мужик он хороший. Правильный. Живёт по понятиям, законы чтит. Не прогадаете, Виктория Романовна. – Улыбнулся мне тот.

— Да ну тебя, дурак! Я и не собираюсь гадать. И с чего это вы все решили, что я что-то от него хочу?

— А вот тут поправочка. Скорее, это он вас выбрал. Если Беркут заступился за бабу, то вы не просто какая-то чужая тёлка, вы теперь его тёлка.

— Тёлка? – удивлённо посмотрела я на него и хихикнула на его ответ. Даже смешно стало. Да уж! У них что, один преподаватель по русскому языку, что ли, был? Как с одного словаря слова учили.

— Пардоньте, если я что-то не то сказал. – Ха-ха… он ещё и под француза косит!

— Ничего, всё нормально. Я уже привыкаю. – Ага, привыкаю. Ещё немного, и я заговорю как эти мужчины один в один. И что значат его слова: «Вы теперь его тёлка»? То есть за своё спасение я ему чем-то обязана? Даже страшно теперь подумать, как мне расплачиваться за всё это.

— А можешь мне рассказать про покойную жену Андрея? – На мои слова мужчина выровнялся и, как-то нелепо закашлявшись, начал активно дочищать картошку. Видимо, на всех них эта тема болезненно влияет. Почти так же с утра отреагировал и Фил, когда вспомнил эту девушку. Что же с ней случилось на самом деле? И кем она была для всех этих мужчин?

— Даша хорошей девушкой была. И вы меня простите, но если хотите что-то о ней узнать, то вам лучше это у Беркута спросить.

— Хорошо. – После этого вопроса у нас как-то не задалось общение. Мы просто молча стояли, и каждый делал свою работу. Но наше молчание прервала телефонная трель, которая раздалась из моей сумочки.