Книга Слова Королей и Пророков, страница 32 – Шона Лоулес

— Да, – ответил Мурха. – Бейвин очаровала весь Мит, в том числе и короля Шехналла.

— Вот уж не сомневалась.

— А Слойне… Что ж… – Улыбка, появившаяся было на его устах при мысли о Бейвин, потухла вновь. – Слойне отнюдь не обрадовало известие о том, что отец выдает ее за Ситрика. Да, она согласилась, но… Впрочем, мы получили весть, что она уже забеременела и очень этому рада.

Я вспомнила, как старшую дочь короля Бриана страшила мысль о браке с королем-викингом. Тем не менее она была стойкой девушкой, и ей наверняка было под силу приспособиться к новой жизни среди недавних врагов.

— Ребенок – это настоящее благословение. Надеюсь, малыш поможет Слойне освоиться в Дублине.

— На это рассчитывает и мой отец, – ответил Мурха, но, судя по тому, как тоскливо звучал его голос, сам он надежд Бриана не разделял. Он добавил: – Летом она приедет к нам в гости, но пока об этом никто не должен знать. Отец пригласил Ситрика и его родичей отпраздновать с нами Лунаса^[2].

— Правда?

— Думаешь, прошло слишком мало времени? – Мурха оперся на деревянный столб. – Отец хотел подождать до следующего года, но, как по мне, чем скорее мы все забудем о той битве, тем лучше. Теперь мы – одна семья, и, чтобы на острове воцарился мир, мы с викингами должны стать друзьями. Обиды – это гнойник, который лучше вскрыть как можно скорее.

Все это время я не сводила с Мурхи глаз. Да, вот почему я тогда спасла ему жизнь. По пути в Мит он рассуждал о мире, перед осадой Дублина призывал отца договориться с викингами перед тем, как браться за оружие, а теперь говорил о дружбе с недавними врагами. Невидимый кулак, сжавший мои внутренности, чуть ослабил хватку.

— Стать друзьями никогда не поздно, – заметила я.

— Разумеется, это будет непросто. Как смотреть в глаза людям, убившим стольких наших сородичей?

— И они будут испытывать те же чувства, поэтому гляди в оба, когда викинги приедут в Киллало.

Мурха повернулся ко мне, и его губы медленно расплылись в улыбке.

— Снова пытаешься меня спасти?

— Наверное. У тебя-то самого это не слишком получается.

Мурха расхохотался, и я уже не чувствовала напряжения, повисшего было чуть раньше во время разговора.

— Возможно, мне стоит учить ратному делу тебя, а не Броккана. Такой товарищ по оружию мне бы пригодился.

Теперь он широко улыбался, напоминая мне Тарлаха, когда тот затевал какую-нибудь шалость. Проходя под крышей, Мурха задел рукой деревянную балку: дом был построен на славу, но я все равно почувствовала дрожь от удара кончиками пальцев.

— Нет. – Я покачала головой. – Воительницы из меня не получится. Моя жизнь меня полностью устраивает.

— И это правильно. Никогда не меняйся. Ни для кого.

— Тетя Фоула! – В чистом ночном воздухе раздался вопль племянника, и я выскочила из-за стены ро.

— Броккан! – вскричала я. – Что случилось?

Уже стемнело, и я едва могла различить далекий силуэт мальчика, который несся к нам со всех ног.

— Я с голоду умираю! – воскликнул он в ответ. – А Лукреция говорит, что без вас за стол садиться нельзя!

Я резко выдохнула:

— И это все? Я уж думала, приключилась какая-то беда.

— Для восьмилетнего мальчишки пустой желудок – вполне себе беда, – ухмыльнулся Мурха. – Помню себя в его возрасте. Тогда мне казалось, что обед и ужин разделяет такая уйма времени, что я точно помру с голода.