Книга Слова Королей и Пророков, страница 187 – Шона Лоулес

Увы, мне не повезло.

Из комнаты травниц навстречу мне вышла Гобнет, отряхивая ладони от тертых растений – судя по едва заметному запаху, болиголова и наперстянки. Я немало лет провела в этой комнате, подыскивая новые лекарства для знакомых болезней. Иногда ведьмы использовали наши тертые травы для заклинаний, но я не припоминала, чтобы раньше им требовался болиголов.

— А ко мне ты так и не заглянула, – укорила меня подруга.

— Прости, пожалуйста: я хочу немедленно отправиться в путь.

— Ах да. – Уголки ее губ поползли вниз. – Навестить Роунат, верно?

— Верно. – Я опустила голову и попыталась сглотнуть, но во рту у меня было невероятно сухо. – Неправильно, что все остальные узнали о смерти Броккана раньше его матери.

Гобнет взяла меня за руку. Совсем недавно мы были близкими подругами. Она слушала меня, когда я хотела поговорить об Ифе, и делала это безо всякого осуждения. Теперь же, стоя рядом с ней, я ощущала лишь пустоту. Я осознала, что, пусть я раньше и делилась с Гобнет самым сокровенным, сама она ничего не рассказывала о собственной жизни и собственных желаниях. Когда Ифы не стало, вместе с моей дочерью исчезли и нити дружбы, связывавшие нас с верховной ведьмой.

— Я так сочувствую твоей утрате, – произнесла она. – Должно быть, это вызывает неприятные воспоминания.

— Это так.

— Пожалуйста, ни в чем себя не вини, – продолжала Гобнет. – Ифа умерла, потому что пришло ее время. К сожалению, сейчас настало время Броккана. Ты бы ничего не сумела изменить.

Я притворно улыбнулась, словно ее слова сумели меня утешить.

— Хочешь, я сниму заклинание прямо сейчас? – Мои руки сами собой метнулись к шрамам на лице и седым волосам. – Если ты держишь путь на север, оно тебе уже ни к чему. Или, может быть, ты хочешь сначала заглянуть в Киллало?

И Гобнет встретилась со мной взглядом, чуть опустив голову.

Неужели все эти годы я была такой дурой? Она ведь всегда была марионеткой Томаса, а вовсе не моей подругой. Когда Роунат и Ифа бежали из крепости, я доверилась Гобнет, потому что меня одолевали страх и тревога. Когда меня мучила скорбь, именно она предложила мне выпить снотворные отвары Томаса. Она помогала ему запереть меня в клетке, следить за мной, обманывать меня… и сейчас она делала это снова.

Дружбой тут и не пахло. Гобнет хотела, чтобы я поделилась с ней сокровенными мыслями.

— Зачем мне возвращаться в Киллало? Броккан мертв. Больше меня там ничто не держит.

— Я подумала, что ты захочешь попрощаться с…

— Нет, – отрезала я. – У меня нет друзей. И лучше уж я продолжу скрывать свою внешность до возвращения на Феннит. Твои чары не единожды помогали отваживать незнакомцев, а до краннога Роунат путь неблизкий.

Гобнет улыбнулась с понимающим видом и взяла меня под руку.

— Давай провожу тебя до перешейка.

Я согласилась, и мы вместе покинули крепость. Гобнет начала рассказывать об Аффрике, о собрании и о том, что тревожило Томаса, а я при этом испытывала чувство, по сравнению с которым даже одиночество показалось бы слаще. Теперь я знала, что Гобнет тоже притворяется другим человеком, и я обязана была ей подыграть. Словно маленькие девочки с богатым воображением – вот только теперь мы выросли и наша игра перестала быть вымыслом. Мы играли не только для себя, но и для всех окружающих. Я задумалась, как бы перехитрить Гобнет и заставить ее поделиться ответами на вопросы, что разрывали меня изнутри: второго такого шанса мне уже могло не представиться.