Онлайн книга «Сердце менестреля»
|
Наконец Сергио альт Табаска опрокинул стаканчик на поставленный «на попа» барабан, заменявший лейтенантам стол. Три «пятерочки». — Пятьдесят, – сказал знаменщик. – Итого? — Итого пятьсот пятьдесят, – ответил лейтенант. – Я, пожалуй, остановлюсь. Чья там очередь? — Моя, – протянул руку Марцель. Вздохнул и сжал стаканчик в кулаке, полуприкрыв глаза. — А мы пока вина выпьем, – подмигнул товарищам альт Табаска. Все прекрасно знали: Марцель сейчас будет молиться святой Маркитте, а значит, время у всех есть. — Клевосское. – Знаменщик сунул руку под складную койку, на которой сидел, пошарил там. — Не люблю клевосское. – Лейтенант Пьетро тронул русый ус. — Ну извини, бурдильонского сегодня нет. – Сергио развел руками. – Да и не по карману нам нынче бурдильонское. — Умом я это знаю, но сердце не желает смириться. — Значит, заставь сердце поверить, что сегодня для него лучше клевосское. Светленькое, слабенькое… — И кислое, как лимон. — Зато жажду утоляет лучше любого другого, – вмешался знаменщик, сковыривая кинжалом смолу, защищавшую пробку. Сергио выставил три глиняные кружки. Покосился на Марцеля. Добавил четвертую, а то еще обидится. Толбо альт Кузанн разлил вино. Офицеры подняли кружки. — За будущие дела! – провозгласил Пьетро на правах старшего по возрасту. Пригубил и скривился. – Вот не люблю клевосское… — Не пей, нам больше останется. – Сергио альт Табаска опрокинул в рот содержимое своей кружки, проглотил в один прием. – Если в клевосском и есть недостаток, так только один – бегать до ветру приходится часто. — Пить надо меньше. – Пьетро подмигнул знаменщику, чтобы разливал еще. — А что здесь пить? – Сергио кивнул на пять нераспечатанных и одну початую бутылку. – Дожили! Офицеры Роты Стальных Котов еле наскребли на полдюжины вина! — А что ты хотел? Полгода… В этот миг Марцель без предупреждения швырнул кости. Две «двойки», «четверка», «пятерка» и «шестерка». Лейтенант озадаченно уставился на расклад. — Зачтется только «пятерочка», – прошептал юный Толбо. От выпитого вина он раскраснелся. Хотя, возможно, виной тому была душная кевинальская ночь – ни малейшего ветерка, зато раскаленные гранитные скалы неподалеку от бивака роты отдавали накопленное за день тепло. — Кидаешь еще? – спросил Пьетро. Марцель снова потер нос, сгреб кости в стаканчик. На этот раз он кинул сразу, без молитвы. Видно, разозлился. Две «четверки» и две «пятерки». — Оппа! – воскликнул знаменщик. — Все сгорело… – пробормотал Марцель, откинул упавшие на глаза длинные, черные как смоль волосы. Еще раз осмотрел выпавшие кости. – Как же так? — Ну, не повезло, бывает! – крякнул, хлопая себя по коленям ладонями, пран Сергио. Если бы не остроконечная бородка и подкрученные усы, его с легкостью можно было бы принять за крестьянина с Перренских холмов. Широкий в кости, невысокий, с бычьей шеей пран никак не походил на благородного. Хотя со шпагой управлялся мастерски. И даже с двумя сразу, показывая в бою чудеса виртуозности. Но капитан Жерон альт Деррен ценил его не за это, а за умение отыскивать для роты фураж и провиант, казалось бы, посреди пустыни. – Игра-то еще не закончена! — Кому не везет в кости, тому везет в любви, – заметил молодой пран Толбо. — Да? – Лейтенанты, не сговариваясь, переглянулись. |