Книга Маг – хранитель Слова, страница 59 – Владислав Русанов, Вячеслав Теркулов

— Что вы не столь проницательны, как о вас думают.

— Да?

— Увидев мою заинтересованность в книге Ансельма де Турье, вы сразу решили, что я хочу завладеть ею.

— Знаете, сударыня, вы не первая.

— Догадываюсь. Потому и оставила вам записку. Аделине доверять нельзя.

— А вам можно?

— Мне можно. Я не меньше вашего заинтересована в том, чтобы книга не попала к моей сестре.

Тут Вальдемар Карлович не сумел сдержать удивление в голосе:

— Сестре?

— Так бывает. Мы с ней, как… Как белая и чёрная половинки диска на эмблеме «инь-янь». Мы во всём противоположны.

— За свет и мир мы боремся, они – за царство Тьмы, да?

— Не знаю, откуда эта цитата, но – да. Наверное, вы догадываетесь, что книга – ключ. Слова, заключённые в ней, изменяют мир, корректируют и направляют его. Но они же и открывают врата между мирами. Открывают самим фактом своего существования на бумаге. Бумага как носитель слова овеществляет слово и наделяет его силой. А самая главная магия всех соединённых миров, или, как вы их сейчас называете, брамфатуры, заключена в слове. Ибо…

— В начале было Слово, верно?

— Именно так. Но я скажу больше – Слово было в начале, у создания мира, и оно же будет в конце, у его разрушения. Не водородная или нейтронная бомба, не зверь, восставший из моря, или звезда Полынь, но Слово.

— И это Слово содержится в книге Ансельма де Турье?

— Нет! – Корделия щелчком сложила веер. – Это было бы слишком просто. Никто не знает, какое Слово было в начале. Люди строят догадки, высказывают версии, обосновывают гипотезы, но к разгадке не приблизился никто.

— А вы её знаете?

— Увы, нет. Никто не знает. Тот, кто сумеет найти то Слово, которое было в начале начал, получит огромную силу и власть над мирозданием. Просто гигантскую силу. Получит способность создавать и разрушать миры. Скажите, господин Вайс, вас это не пугает?

— Конечно, пугает.

— И каждого разумного человека, будь он лишён магических способностей или, напротив, наделён ими с избытком, это должно пугать. Поэтому, чем меньше шансов, что найдётся гений, который сможет найти то самое Слово, тем лучше для всех, – Корделия снова раскрыла веер. – И в том числе для меня. Моё любопытство связано с желанием убедиться, что в настоящее время книга находится в надёжных руках. Храните её. Берегите её, – веер опять щёлкнул, закрываясь. – Никому не отдавайте её, как бы сильно вас об этом не просили. Теперь вынуждена откланяться, господин Вайс. Всего наилучшего!

Магичка сделала неглубокий книксен, чем насказано удивила Вальдемара, развернулась на каблуках и зашагала прочь.

— И вам всего доброго… – пробормотал он уже в удаляющуюся спину.

Проходя мимо Саши, Корделия легонько стукнула его веером по плечу. Чистильщик завершил выпад, разрубая мечом воздух, и с выпученными глазами огляделся по сторонам. Вид его так и говорил: «А что это было?»

Поравнявшись с мавританкой, продолжавшей приборку храма, магичка взмахнула рукой, веер удлинился, превращаясь в хлыст, и звонко щёлкнул по плотному сукну, обтягивавшему зад Айши. Смуглянка сдавлено вскрикнула, выпрямилась.

— За мной! – коротко бросила Корделия, скрываясь за поворотом.

Вайс несколько секунд постоял в недоумении, а потом сказал растерянному Саше:

— Нет! Ну, ты видел?

— Что это было, Вальдемар Карлович? – пробормотал чистильщик.