Книга Ноктис 1: Луны и Творцы, страница 1 – Кирилл Грошков

Дуновение ветра наклонило кроны Великого Древа, удар молнии и реальность вспыхивает светом…

* * *

Мирко с громким деревянным стуком ударил кружку с лагером о барную стойку.

— Стаут, и вот представь, беру я, значит, этот двуручник прямо из рук того мерзавца, что пытается выхватить мою кати и тут… бум! Я поскальзываюсь, катясь по палубе, будто бы пьяный в стельку! Ну, и как я рубану! А он мне в ответ: «Аггхгхааа! Надо было тебя обязательно ещё на Бальтеро выкинуть, сын кобеля!»

Сидящие вокруг зрители эпического представления одного актера «взорвались» громким хрюкающим смехом.

Стаут, типично пухлый корчмарь с объемными бакенбардами по щекам, широко улыбнулся и налил посетителям ещё выпивки, радостно сверкая глазами от прибыли, что приносил нежданно-негаданно объявившейся месяц назад наёмник с далёких Северо-Восточных берегов Соединённых Провинций Орании.

— Ну, а я и не спасовал. Крикнул ему, как помню, когда он упал, — мужчина наиграно театрально прочистил горло, — «Не обязательно, а БЕСПОЧВЕННО!».

Вновь взрыв хохота. Кто-то из завсегдатаев похлопал оранца по плечу, а некоторые стали вновь приставать к нему с желанием послушать ещё истории, однако сказоплёт вежливо отнекивался и вообще, старался показать всем и каждому, что последняя кружка лагера была явно для него лишней.

Когда всё вокруг немного поутихло и выпивохи разошлись, Мирко ухмыльнулся трактирщику и сразу же выпрямился. От хмеля в движениях и поведении не осталось и следа. И немудрено, ведь наёмник цедил кружку лагера почти с полуночи.

— Ладно, Стаут, я, как и обещал, нагнал тебе наиболее платёжеспособных пьяниц со всех Ярусов Шпильграда. Теперь твоя часть сделки. — он наклонил край своей модной Ваальской широкополой шляпы. Две красные кисточки, повязанные на ней, подпрыгнули в такт быстрому движению.

Трактирщик надул щёки. Мирко же уже свыкся со столь неординарной манерой Стаута изображать усиленные раздумья.

— Слуш, Ворон, ты ж знаешь, что я от всего сердца хочу тебе помочь, н-да? — он приблизился к Мирко, перейдя на заговорщический шёпот.

— Хм, не уверен. Я-то думал, что нужен тебе из-за моих способностей созывать весь Шпильград в трактир, а ещё я плачу немалые деньги марками из Орании. — Мирко хмыкнул, делая вид, что потягивается.

— Ворон, ну, ты, этого, не злословь понапрасну. — попытался было выкрутиться корчмарь.

— Надо было мне тоже сказать «Не злословь понапрасну», — наёмник изобразил низкий баритон Стаута, — и пойти себе дальше, когда тебя хотели сжечь заживо ТВОИ же бывшие вышибалы, вошедшие в сговор с конкурентами через квартал.

Стаут запнулся и потерял часть энтузиазма в попытках показать свою важность.

— То-то же. А теперь, ну-ка расскажи мне про работу в Шпиле. Я тут итак засиделся. Три ночи ничего не происходит. Через час будет сонное время, когда улицы опустеют, а огромное небесное светило станет бить мне лучами прямо в глаза. Так что поторапливайся, если не хочешь, чтобы я сменил место почивания.

Оранец посмотрел в окно, уже мерцающее лучами утреннего солнца. Посетители стали понемногу уходить из общего зала, кто в свои комнаты наверху, кто по домам в город.

— Какой же ты Ворон…

— Нахал? — Мирко принялся, ухмыляясь, загибать пальцы. — Подлец? Грубиян? Проклятый Лжеспаситель?