Книга Готика. Становление, страница 192 – Семён Нестеров

— Вижу, тебе уже лучше.

— Да. Кажется, в голове немного прояснилось. Я всё вспомнил… И наш уговор, – с неохотой выдавил я из себя.

— Хорошо! Очень хорошо. В таком случае, полагаю, книга у тебя?

— Да, – достал я свёрток из дорожной сумки, – мне даже не пришлось ничего делать. Корристо сам отдал её после вашего послания… Ещё он написал ответное письмо.

— Некоторых жизнь ничему не учит. Он сентиментален, будто маленькая девочка. Давай сюда.

Ксардас развернул свёрток на столе. В нём оказалась книга в чёрном кожаном переплёте и небольшой конверт, запаянный личной печатью Корристо.

— Даже письмо потрудился написать. Сколько мне чести! – прокомментировал Ксардас, – пожалуй, лучше начну с него. Наверняка друг решил предостеречь меня от продолжения мракобесной работы. Судя по слабому магическому фону, он даже снабдил своё послание подсветкой, чтобы я мог получше разглядеть его каракули, – усмехнулся волшебник.

Маг разорвал конверт и углубился в чтение. От письма и вправду шло слабое свечение. Отвернувшись от мага, я принялся с интересом разглядывать пленных орков. Неожиданно резкая вспышка света озарила помещение. Инстинктивно я зажмурился, но, несмотря на это, ещё какое-то время зрение не возвращалось. Ксардас вскрикнул и цветисто выругался, неподобающе для человека такого возраста и положения. Спустя несколько секунд сквозь хлынувшие слёзы я смог разглядеть силуэт мага, приложившего ладони к лицу. Похоже, он попал в самый эпицентр вспышки.

— Что случилось? – недоумённо спросил я.

— Чёрт! Как он сделал это? – вместо ответа воскликнул Ксардас. Его голос дрожал то ли от злости, то ли от боли.

Маг начал шарить руками в карманах своей мантии. Ослепление уже почти прошло, и я смог разглядеть колдуна. Глаза старика налились кровью, и казалось, будто вот-вот лопнут от распирающего их внутреннего давления, рот исказила еле сдерживаемая боль.

— Помоги мне найти лечебный эликсир, – стиснув зубы, прорычал Ксардас, доставая из кармана несколько синих и красных бутылочек объёмом всего по несколько миллилитров, – он в красном флаконе, но я ничего не вижу.

Сомнение охватило меня. Ксардас был уязвим, как никогда. Одно заклинание, а лучше непосредственный удар руной в висок, и он покойник. Больше не будет проблемы обезумевшего мага, предавшего орден и несущего угрозу всей долине. Да, так бы, возможно, я поступил до того, как вернул память. Но теперь, я отчётливо знал, что Ксардас – единственная реальная надежда когда-нибудь разорвать оковы магического барьера и выбраться на свободу. Убить его означало похоронить последний шанс, оказаться вечным пленником искрящегося небосвода. Нет, этого нельзя было допустить.

Я взял из протянутой ладони мага красный бутылёк. Ксардас поспешно спрятал остальные пузырьки обратно в карман, взял лечебную эссенцию, откупорил зубами флакон и вылил его содержимое прямо на свои воспалённые, выкатывающиеся из орбит глаза. Зелье зашипело, смешиваясь с обожжённой плотью и кровью. Маг по всей видимости испытывал в этот момент невероятные страдания, но сдержался, не издав ни звука.

— Бывало и похуже, – наконец, процедил он сквозь зубы. Как-то раз меня поджаривали живьём.

Ксардас на ощупь добрался до стола и сел на свой стул. Лечебное зелье действовало, и магу становилось лучше. Он снова заговорил: