Книга Становление. Том 3. Стезя отступника, страница 139 – Семён Нестеров

— Нет, — жёстко оборвал я демона, — назовись и убирайся прочь.

Из книги Ксардаса я знал, что узнать имя демона — это половина победы. Как это имя использовать, я понимал не до конца, так же, как и не понимал, почему демон добровольно его назовёт, если оно так важно. Однако некромант настаивал, что у пришельца из другого мира просто не будет возможности соврать — нужно только достаточно его прижать.

Неразборчивый смех заглушил мои мысли. Было очень тяжело сконцентрироваться и отделить свой разум от разума демона, который мне противостоял. Диалог был внутренний, я не видел ни его, ни кого-либо вообще. Только неясные контуры в темноте, которые я воспринимал, как стягивающий Лестера жгут. И тогда я ударил по этому жгуту, что было сил. Представил огненный шар, такой же, как при использовании руны. И огонь разгорелся — заклинание сработало и поразило цель. Жгут, поражённый пламенем, неожиданно ожил и заметался, существенно ослабив хватку.

— Ты не посмеешь мне перечить! — воскликнул я, — назовись!

— Что в имени тебе моём? — раздался раздражённый ответ, — служитель Инноса, зови меня Бельджаром.

— Но ты не Белиар — он бог! — возразил я.

— Давно ли огненные маги Бельджара богом признают? — усмехнулся голос.

— Всегда его мы признавали. Хотя не чтили и не чтим. Людей он враг и ненавистник.

— Нет. Просто брат его завистник, его давно оклеветал.

— Довольно!

— Ты боишься, маг? Боишься потерять опору? То, что основа твоей веры?

— Молчи. Тебе меня не взять.

Я снова атаковал щупальца, заставив их плясать в огненном танце.

— Скажи мне истинное имя.

— Но нет его. Я безымянный. Лишь аватар, фрагмент, фрактал… Ещё не приобрёл я имя. Крушаком орки меня кличут, а друг твой Спящим называл. И верь мне, сам меня призвал. И потому он жизнь мне должен, он клятву даже приносил, судьбу свою мне посвятил.

— Он был обманут, и не ведал твоё проклятое обличье!

— Да всё он знал. Оставь двуличье. Он мой, и убирайся прочь.

— Нет! Должен я ему помочь! Уйди! Оставь его в покое!

Я снова подкрепил слова зарядом магии огня.

— Изыди Спящий! Прочь Крушак! Исчезни Белиара семя! Прошло навек твоё здесь время!

Всё стихло. Щупальца исчезли. И в этой странной тишине, я понял, что и сам чужой. И то, что мне пора домой…

Я открыл глаза и приподнялся на локтях. Горн и Диего сразу бросились ко мне.

— Ну как? Лучше? Ты был в отключке минут десять.

— Не знаю. Я говорил с ним… Как Лестер?

Горн и Диего обменялись недоумевающими обескураженными взглядами. После секундного молчания, Горн произнёс:

— Вообще-то… ты и есть Лестер.

Я осмотрел своё тело и в отчаянии сжал зубы. Наёмник был прав — я, если можно так выразиться, был Лестером.

Мне далеко не сразу удалось смириться с мыслью, что я оказался в чужом теле. Руки и ноги повиновались, хотя с какой-то ленивой неохотой. Я сел и попытался осмыслить ситуацию. Масла в огонь подливало моё собственное лежащее неподалёку тело в красной мантии.

— Что со мной? — оправившись от первого потрясения, произнёс я, ощупывая лицо.

— На вид всё в порядке. Лестер как Лестер, — пожал плечами Горн.

— Я не об этом… вот Белиар! Что с Мильтеном?

— Я правильно понимаю, что ты считаешь себя Мильтеном? — уточнил наёмник.

Диего тем временем осмотрел мирно лежащего мага и ответил: