Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 60 – Семён Нестеров

Мореходство у пустынных жителей развито практически не было — они полагались на караваны, хотя одно время в Бакареше даже был небольшой порт, в котором разгружались плоскодонные суда. Как бы то ни было, морская торговля шла за счёт заезжих негоциантов, которые из-за опасной лоции с большим количеством мелей и дурной славы культа Белиара были не очень частыми гостями. В центре пустыни, отделяющей по суше Иштар от Миртаны, обитал народ кочевников, благодаря помощи магов воды, умудряющийся выживать в суровых условиях, переходя от источника к источнику.

Лишь в последние десятилетия ассасины начали активное продвижение в новые земли, заняв все пригодные для оседлой жизни оазисы, и построив в них свои поселения. В конце концов, их руки дотянулись и до юго-западных миртанийских земель, таких как Трелис и Гельдерн. Именно это и спровоцировало войну с набиравшим силу Робаром Вторым. Победа короля в этом затяжном противостоянии завершила объединение Миртаны, а ассасинов отбросила на юг в их исконные земли.

Если бы не пустыня, армия, возглавляемая тогда молодым генералом Ли, вместе с паладинами дошла бы по крайней мере до Бакареша. Но преодолевать безводные песчаные земли большим войском было самоубийством, а достаточным флотом для морского десанта король не обладал, не говоря уж о том, что неглубокие воды возле Бакареша позволяли проходить лишь судам с низкой осадкой. О штурме Иштара и вовсе не могло быть и речи. Всё это привело к тому, что Зубен заключил «вечный мир» с Робаром Вторым, пообещав никогда больше не посягать на Трелис и другие средиземные города, предоставить вольности кочевникам и не преследовать культ Аданоса в Варранте. Но я слишком забежал вперёд. В те годы, которые описывал Корристо, до войны было ещё несколько десятилетий, Трелис был под властью местного графа, Робар Второй был ещё ребёнком, а Зубен лишь прощупывал почву для будущей экспансии на север.

Корристо освоил третий круг магии, когда его наставник заявил, что больше ничему не научит. «Сначала ты должен показать себя в деле, Кор, — сказал он ему, — быть может, ты и вовсе ничего не стоишь. В ордене не нужны слабаки и трусы, мы не можем себе позволить тратить силы на их углублённое обучение». Молодому и честолюбивому магу было обидно, но ничего нельзя было поделать — такова традиция. Тогда как раз назревал очередной вооружённый конфликт. Трелис был процветающим городом, в центре которого красовался хорошо укреплённый замок. За высокими стенами его хозяин — граф Торгар — чувствовал себя в полной безопасности. Однако мирная жизнь ему надоела, и он решил немного расширить свои владения. У небогатого графа на удивление быстро нашлись деньги на вооружение внушительного войска и даже плату наёмникам.

Если бы всё этим и ограничилось, орден никогда бы не заинтересовался обычной междоусобицей. В то время в крепости постоянно жили двое не слишком талантливых магов огня, следивших за местным домом Инноса, но от них перестали приходить какие-либо известия. Расследовать череду подозрительных совпадений и направили Корристо.

Молодой маг прибыл в город, не скрываясь, однако, не раскрыв настоящую цель визита и сообщив страже, что едет из Кап Дуна в Гельдерн и собирается отдохнуть от дороги всего пару дней. Он был принят со всеми полагающимися почестями и размещён, как дорогой гость, в замке. Его накормили и напоили, а граф не поприветствовал его лично только потому, что, по заверению дворецкого, был занят неотложными делами — всё-таки, как никак, готовилась военная операция. Планировалось захватить контроль над золотыми рудниками к западу от Монтеры. Из-за своего выгодного расположения в центре континента Монтера была одним из самых развитых торговых центров Миртаны — в ней сходились почти все крупные тракты. В её крепости всегда располагался мощный гарнизон, а стены могли укрыть до тысячи человек. Однако Монтера не имела своего лорда и была вольным городом, управляемым городским советом. Несмотря на это — в войне с ней у графа Трелиса не было бы шансов, хотя бы потому, что в таком конфликте все окрестные князья выступили бы против него.