Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 46 – Семён Нестеров

Ледяной монстр не проявлял больше никакого интереса к моей персоне. Я осторожно подошёл ближе, готовый к нападению в любой момент, но голем был абсолютно неподвижен, лишь наблюдая за мной своими пустыми голубыми глазницами. Похоже, эти существа подчинялись Ксардасу, и он запретил трогать посланника, являющегося магом огня. Не стоило нарушать зыбкое перемирие, поэтому я оставил голема и бросился к Блэку. Следопыту уже нельзя было ничем помочь — он больше походил на статую, чем на человека. Тем не менее, я не пожалел сил и запустил в него огненную стрелу. Морозная корка немного оттаяла, и я руками попытался сбить оставшуюся наледь, в первую очередь с лица. Парень не дышал, пульс не прощупывался, тело было холодным, будто уже столетие пролежало в леднике. Несколько раз я в отчаянии ударил товарища в грудь, в надежде запустить сердце, но все попытки оказались тщетными.

Убедившись, что я больше ничем не могу помочь моему несчастному спутнику, я направился внутрь башни. Там меня ждал ещё один, на этот раз огненный сюрприз. Голем стоял в проёме, напоминающем гигантский камин. Пламя, охватывающее зловещую фигуру, то немного утихало, то разгоралось с новой силой, будто невидимая рука подбрасывала дров в этот дьявольский костёр. Подобно своему ледяному собрату, он никак на меня не отреагировал.

Первый этаж был пуст, не считая каких-то ящиков и бочек с припасами. Здесь даже не было мебели, кроме пары грубых полупустых стеллажей, не понятно с какой целью здесь находящихся. Очевидно, маг обитал выше. Я поднялся по спиральной лестнице, освещая свой путь заклятьем света. Маленький огонёк теплился над головой, и в его свете я чувствовал себя гораздо увереннее, чем в кромешной тьме этих давящих каменных сводов.

Я остановился перед входом в широкий зал на втором этаже. В слабом свете свечей можно было разглядеть фигуру человека в тёмной мантии, сидящего за столом. Было ясно, что Ксардас ждёт гостя, хотя он даже не потрудился взглянуть на меня. Видимо, так он испытывал моё терпение. Я не стал нарушать этикета и несколько раз постучал. Дверного косяка, как и самой двери не было, вся башня состояла из камня, поэтому удары получились глухими. Я не растерялся и постучал о стену руной. В этот раз стук получился звонким и маг, наконец, соизволил ко мне обратиться:

— Можешь не трудиться, Мильтен. Заходи. Негоже гостю торчать на пороге.

Я еле удержался от язвительного комментария, что негоже гостя встречать големами и убивать его спутников.

— Как я погляжу, Корристо изрядно потрудился, чтобы научить тебя хорошим манерам. Может быть, ты бы даже смог стать образцовым служителем Инноса.

Я снова ничего не ответил, молча подойдя к столу, за которым сидел маг.

— Смирение и терпение — вот лучшие добродетели. Так тебе говорил учитель, верно? Да, этот старый дурак умеет терпеть, в этом ему нет равных. Столько лет быть вторым и даже не попытаться ничего предпринять, чтобы ускорить мой уход. Поразительно. Действительно, достойно похвалы. Он, наверное, жутко этим гордится. Весь такой правильный, не то что я — предатель и отступник, — Ксардас обладал странной манерой говорить, делая сильные ударения на некоторые слова и фразы так, что это иногда походило на воронье карканье

— Я пришёл сюда не затем, чтобы обсуждать достоинства и недостатки магистра.