Книга Становление. Том 2. Путь мага, страница 100 – Семён Нестеров

Повеселевший от того, как забавно я обвёл доверчивого стражника вокруг пальца, я двинулся в темноту пещеры. Сначала путь мне освещал свет от факелов основной штольни, но как только я скрылся за плавным поворотом, стало темно. Чтобы не искушать судьбу, я активировал магический огонёк, который разогнал мглу. Рудные жилы заиграли голубыми переливами, а появившиеся местами глубокие тени подчёркивали острые формы прорубленного кирками прохода.

Мой расчёт на встречу с ползуном ещё до навесной платформы полностью оправдался. Один подземный хищник, по-видимому, разведчик, угрожающе заверещал, когда до него дотянулись лучи света. Мне только это и было нужно, и не успела тварь опомниться, как огненная вспышка ударила ей прямо в голову. Пламя быстро угасло, но ноги ползуна подогнулись, и он рухнул на каменный пол. Хитиновый панцирь был устойчив к огню, но не глаза насекомого, которые прожгло до самых мозгов. Жаль, что не удастся принести Дамароку образец глазного яблока, но что поделать — это был единственный способ надёжно уничтожить монстра одним заклинанием.

Важнейшим наставлением, которое мне дал Драго, было то, что врага нужно уничтожать немедленно и любым возможным способом, не экономя энергии — если опоздать, то сохранённые силы могут уже больше никогда не понадобиться. Каждая лишняя секунда битвы для мага не выгодна, потому что позволяет противнику сократить дистанцию и перейти в ближний бой, где колдун беззащитен, особенно без посоха.

Мне повезло — тварь, действительно, была одна, видимо исследуя границы владений выводка. Не теряя времени, я приступил к разделке туши. Особь была некрупная, и немного попотев, мне удалось вскрыть панцирь острым охотничьим ножом. Работа была пренеприятная — зелёная жижа пачкала и жгла руки, оставляла пятна на мантии. К счастью, запах не был отталкивающим, хотя и приятным его назвать язык не повернётся. Органов на удивление оказалось немного, и походили они, скорее, на какие-то слоистые мешки, заполненные жижей различной консистенции. Я извлёк несколько из них и заморозил, используя свитки ледяной стрелы. Поняв, что в туловище больше ничего особо интересного нет, я принялся за голову насекомого. Здесь самым ценным мне показался мозговой нервный узел и железы, расположенные около жвал.

Я как раз замораживал последнюю железу, когда краем уха уловил звук какого-то подозрительного шевеления в глубине тоннеля. Вглядевшись во тьму, я понял, что в мою сторону движется ещё один краулер. Через секунду его уже осветило парящим у потолка огоньком. Времени менять заклинание не было, я и метнул в него ледяную стрелу, активировав уже приготовленный свиток. Острая льдина пробила броню на груди твари, и она в ярости схватилась жвалами за торчащую сосульку. Лёд надломился, но погруженная в тело часть всё равно осталась внутри, закрывая глубокую рану.

Отломав торчащий кусок льда, ползун вновь устремился ко мне, но его секундное замешательство дало мне время приготовить руну. Не успел монстр сделать и двух шагов в мою сторону, как получил новый удар, на этот раз огнём. Я почти не целился, и не рассчитывал нанести противнику серьёзный урон, но результат превзошёл все ожидания. Пламя растопило застрявший в груди ползуна ледяной осколок, и из пробоины в панцире струёй хлынула зелёная кровь. Сделав ещё несколько неловких движений, краулер завалился на бок и больше не поднялся. На всякий случай я подождал некоторое время и, лишь убедившись, что он не подаёт признаков жизни, закончил свою работу по заморозке. Второй ползун был больше первого, и я решил взять из него ещё пару образцов: вырезал нетронутые огнём глаза твари, а также крупные жвала. Я собрал полный набор органов, и дело можно было считать оконченным.