Книга Тёмный маг, страница 24 – Евгений Кудрин

Совет всё же не мог принять окончательного решения. В итоге они дали слово магу и его спутнику, что было в крайне редких случаях, таких редких, что даже старейшины не могли вспомнить, когда подобное случалось. Самый старый из них встал и хриплым голосом сказал:

— Расскажи нам о себе, откуда ты и зачем в наших землях. Будь осторожным в словах, от них сейчас зависят ваши судьбы.

— Моё имя Гольдамеш Ологрим, я волшебник из Южного королевства. После падения Золотой короны, там правит белый колдун. Он изгнал меня, и мне пришлось прибыть в ваши земли, чтобы найти лекарство от проклятья.

— Проклятье? — переспросил старейшина. — Поэтому в частности, и не только, магия запрещена в наших землях. Расскажи о кристалле.

— Это волшебная реликвия моей семьи. Она была потеряна в ходе экспедиции в те далёкие, запамятные времена. Мой предок принимал в ней участие. Матушка рассказывала, что многогранник, возможно, поможет побороть проклятье.

В зале зашептались, нарастал шум, сродни гулу роя. История волшебника вызвала симпатии со стороны не причастных к процессу северян. Ворт снова призвал всех к спокойствию. Когда настала тишина, очередь дошла до Оди. Но он не мог ничего ответить, так как не знал языка. Годи ответил за него:

— Он мой друг. Он не знает северного языка, но вызвался помочь мне в этом нелёгком и длительном путешествии.

Слушание затянулось. Открылись неизвестные факты и причины, страх перед незнакомцами и жутким проклятьем не дал Совету принять окончательное решение. Поступки южан оставляли множество вопросов, на которые простой люд из числа заинтересованных всё ещё ждал ответа. В полдень Ворт — как глава Совета объявил о переносе слушания на следующий день. Торопиться в решении старейшины не желали, да и ситуация была совсем непонятная. Уж очень много всего произошло за последние дни в этом удалённом и спокойном уголке мира.

Обвиняемых на этот раз разделили. Гольдамешу завязали глаза и поместили в винный погреб дома, где проходил совет. К магу приставили больше охраны, чем положено, а чтобы он точно не сбежал, его связали по рукам и ногам и оставили так на ночь. Оди же заперли в оставшейся целой половине камеры в доме стражи и приставили к нему двух охранников из караула.

Лёжа в углу на подмокшей от сырости соломе, перед стеллажом с бутылками вина, Гольдамеш упрекал себя за то, что снова попался. Пытаясь освободиться, он вслух размышлял о том, что будет отвечать завтра на совете. В голову лезла всякая бессмыслица, он не мог найти серьёзного объяснения, почему оказался в северных землях.

— Нужно снова бежать, — размышлял маг, — настроения к магии оставляют желать лучшего. Ворту я как кость в горле, наверняка, он задумал что-то ужасное.

Через некоторое время принесли горячий ужин. Охранник снял повязку с глаз волшебника и Гольдамеш узнал в нём Коруна. Двое других незнакомых северян стояли за его спиной с копьями наготове.

— Давай не будем усложнять мне задачу. Велено тебя покормить, но руки твои останутся связанными.

— Как же я тогда буду есть?

— Я буду кормить тебя, — северянин достал ложку и начал размешивать наваристый суп.

— Что с моим другом? Где он?

— Он в порядке. Его здесь нет, можешь не кричать. И это пока всё, что ты узнаешь от меня. Теперь ешь, иначе я просто уйду.