Книга Либеллофобия, страница 35 – Н. Мар

Это война. Он враг и злодей, рабовладелец и кровосос. Он летел убивать, или пытать, или похитить нашу семью. Или он, или мы! Да и всё уже, верно, кончено.

Перед глазами застыл утренний мертвец в небе. Мёртвая саранча. Господи, я ведь шла мимо, когда его… А что, если бы узнала тогда? Ну что? Кинулась бы тарабанить в запертую дверь?

Это был плохой вопрос.

Позже, миллион раз взвесив за и против, я рассказала всё родителям. Под напором маминых карих глаз папа шёпотом выдавливал признания:

— Эзеры узнали о приборе год назад. И с тех пор выведывали, шпионили и охотились за ним.

— Что это такое — Тритеофрен? — спросила я.

— Он управляет тремя силами: электромагнетизмом, ядерным синтезом и распадом. Магнитные поля на Урьюи используют для связи, в быту и в промышленности. Наши электростанции в основном работают на синтезе, а оборона — на распаде.

— Знаю. Ядерное оружие.

— Да. Тритеофрен тормозит или останавливает эти процессы, где и когда нужно, чтобы предотвратить катастрофы, провести ремонтные или другие работы. Это критически важный прибор для целой планеты. Если он попадёт в руки захватчиков… Они используют его против нас, чтобы оставить Урьюи без связи, без энергии. И без защиты.

— Поэтому тебя сослали на Кармин? — догадалась мама.

— Да. В правительстве нашли самую глухую дыру и поручили мне спрятать Тритеофрен.

Мама сверлила его взглядом.

— Не понимаю, Уитмас… Почему же, если они знали, что за прибором охотятся, его просто не уничтожили?

— Никто ведь и помыслить не мог, что эзеры так близко! Тритеофрен — ценная, уникальная, баснословно дорогая технология. Нет, я… задавал им тот же вопрос, Амайя. Правительство наотрез отказалось избавиться от прибора.

— Но зачем эзерам Тритеофрен? — удивилась я. — Почему они не могут напасть с гидриллиевыми эмиттерами, как на Кармин?

Отец дёрнул плечами:

— Мы бы отбили нападение ещё на подступах. Но на этот раз им не нужны рабы. То есть не просто рабы. Они хотят отобрать у нас планету! Поселиться на Урьюи как у себя дома, а пауков держать, будто скот какой-нибудь. Для крови, еды и тяжёлой работы. А жить в аду, какой они тут устроили, им не хочется.

Никому не хотелось жить в аду. Даже этим тварям, подумать только. Я покосилась на плеер:

— И этот эзер, которого вы сбили, сказал, что насекомые напали на твой след?

— Да. Он назвал моё имя.

— Но как? — взорвалась мама. — Ведь ты говорил, как её… Альда Хокс — бездарь!

— Ей на помощь прислали перквизитора. Сыщика. И он очень шустёр.

— Значит, прибор наконец можно уничтожить?

— Диспетчерам бун-штаба удалось пробиться сквозь лёд и связаться с Урьюи. Жанабель взяла тайм-аут на семьдесят часов. Она будто бы согласна, чтобы я уничтожил свою часть, но ей нужны резолюции…

— Свою часть?

— Я разделил его. У меня только треть — диалифрен, управляющий распадом. И вы не должны его видеть, ничего не должны знать, понимаете? Я зеркальный маг, они не смогут меня запытать. А по частям Тритеофрен не так опасен. Амайя, никакой перквизитор никогда его не найдёт.

— Почему ты так уверен, чёрт возьми!

— Потому что! Я знаю, что говорю, — побагровел папа и оглянулся, не разбудили ли мы соседей. — Им не достанется прибор целиком. Это обусловлено особенностью планеты, в конце концов. Кармин выбрали не просто так. В правительстве тоже не дураки, мы всё продумали заранее.