Книга Железный Аспид. Мир, страница 98 – Н. Мар

Значит, так и сидеть. Недолго, что уж. Реле запущено вхолостую, рано или поздно купол зала войдет в резонанс с оборудованием и обрушится. И все умрут. А потому — чего психовать? Пауки не могли пробраться за колонны, а соваться к андроиду в облике людей желающих не было.

Ему б сюда Кайнорта без того ошейника!

Пять или шесть лап заскоблили стены рядом с Эйденом, пытаясь выгнать его из щели, и довольно скоро (ценой трех поломанных когтей) у них это вышло. Не мудрено, имея двадцать две ноги против двух: они выцарапали негодяя, как занозу.

Робот обежал алтарь и по дороге сделал, пожалуй, главный вывод за последнюю минуту: ему б сюда Кайнорта, и пусть даже в ошейнике. Но эзер тщетно бился об лед с другой стороны, а может, уже утонул. Во всяком случае, прохлаждался, в то время, как Эйден делал его работу. Строго говоря, бегал от его работы. Отчасти все-таки хорошо, что Бритц этого не видел!

Пол в комнате завибрировал. Подземный толчок перепугал шчеров, а робот успел взлететь на возвышение. Он смог только раз, но очень сильно ударить рукоятью ножа по льду в ресивере Бритца. Он не знал, помогло это или нет. Лешью вскочил на алтарь следом, впился клыками в стальной локоть и стащил робота на пол. Глаза застила паутина, ее слои множились, замелькали ноги, ноги, ноги… Паук хотел впиться роботу в шею, но замотал головой: его клык застрял в руке жертвы. Он не мог решить, продолжать бороться или рискнуть и вырвать себе ядовитый зуб? Клык засел намертво с обеих сторон. Эйден оттащил магнума за колонны и услышал треск. Или всплеск. Он очень надеялся на всплеск! Но и секунды не было, чтобы глянуть на ресивер. Жвала, глаза и ноги закрывали свет, царапали, резали… зато прикрывали от иольверов. Охрана не стреляла по Лешью.

Яд растекался по руке. Паук испускал его инстинктивно — он не мог навредить роботу. Но Эйден начал уставать. Оба понимали, что бой закончится, как только один из них просто выдохнется. Лешью напряг остатки сил, чтобы вытащить синтетика из укрытия. Он уж и сам плохо соображал. Шчер поднял робота застрявшим клыком за локоть и, не имея лучшей идеи, просто шмякнул им об алтарь.

От удара Эйден отключился.

* * *

Шиманай растерянно глядел на ящик. Это был совсем маленький запечатанный ящичек, в котором совершенно точно нельзя было уместить человеческую жизнь. Да что там, материалов для конвисферы таракана Эйден получил тогда на Бране гораздо больше.

— Это все? Семь лет человек открывал мир, и вот это — все, что удалось достать?

— Сам знаю, что мало, — ответил Канташ. — Втайне от принцессы не раздобыть много вещей. Но Вы хоть взгляните! Шиманай, давайте хоть с чего-то начнем. Попробуем — до возвращения синтетика, а после… может, я смогу добыть что-то еще.

Угрюмый Кафт запустил комм и вскрыл ящик. На самом верху лежали игрушечный карфлайт и плюшевый гриб в ярком шарфике.

— Я все промаркировал, — бормотал граф, задом отступая к выходу. — Мне нужно проведать Ампаль, так что сейчас я ухожу.

— Вы обещали мне помощника.

— Да, да. Сию минуту.

Посол заторопился выйти и тотчас вернулся, ведя за собою Пти. Браслеты для адаптации к планете затерялись среди других ее побрякушек.

— Госпожа Пти сама вызвалась поучаствовать, она скучала на корабле.

Канташ смущенно поклонился и вышел. Госпожа Пти! В золотой пыльце и ажурном палантине. Под звук ее лопнувшей жвачки Шима запустил вазой в декоративную ширму, вложив столько души, что прорвал ткань.