Книга Железный Аспид. Мир, страница 80 – Н. Мар

Самину он догонял по запаху: то стрекозой, то пешком. Динамика полета из-за перелома все равно была нарушена, а блеск трех крыльев только привлек бы внимание. Девушка где-то впереди понятия не имела, куда бежит. Только когда ноги сами подкосились, она ухнула на дно какой-то впадины и со свистом отдышалась. Кислорода-то было полно, да страх и погоня сжигали все до капли. Минуту спустя в ее убежище рухнул Бритц.

— Рада, что это ты. Но места чуть, валил бы ты отсюда!

— Подвинься. За мной гонится материал для твоей диссертации: обезьяны, кажется, приручили крыс. Их не берет армалюкс! — порадовал он новостями. Бледный, почти синий.

— Крыс? Каких еще крыс⁈

— Стеклянных… Красивые, во-о-от такие! Как по мне, уж лучше бы шчеры.

Когда она ныряла в овраг, никаких крыс еще в помине не было. Раз Бритц побежал от них, выходит, обезьяны еще были цветочками. Ягодки покатились следом.

— Пауки размером с карфлайт лучше, чем крысы?

— У шчеров на меня такой зуб, что убьют не сразу, а там… кто знает.

— Сейчас-то как быть? Взлетим снова?

— Ага. Через полгода, — он кивнул за плечо. — Когда отрастет новое.

Теперь он мог летать только кругами. Так далеко не улетишь.

— Надо оторвать еще одно — с другой стороны, для равновесия. Ну, что фыркаешь? У тебя-то есть идеи?

— Бросить им твой труп и скрыться, пока они им заняты, — эзер высунул нос из укрытия.

— Ты меня и мертвую не сдвинешь.

— Ладно, сиди. Но вообще это плохое место: они посыпятся на тебя сверху, раненые и злые, а быстро отсюда не дернешь.

Снаружи его уже ждали. Крысы опускали морды, скалясь. Обезьяны вскарабкались на бурые холмы и притихли. Вожак и гарем развалились на траве, предвкушая ужин. Самина высунула голову, но тотчас вернулась в яму. Да, крысы были во-о-от такие. Твари ступили ближе: морды все ниже, оскал шире.

— Разбежались! — рыкнул Кай на их вожака. — Здесь я — вершина пищевой цепочки!

Он превратился, поднялся вверх, насколько мог, и круто развернулся: хвост ударил по самой гуще крыс. Слабые покатились по сторонам, и к Самине в овраг упали две твари. Самка и кто-то помельче. Иглы на шкуре мягкие. Подросток? Взяли на первую охоту? Самка ощерилась и прыгнула к девушке, но захромала и повалилась опять.

— А ну, сюда, крысеныш! — инстинкты Самины озверели достаточно, чтобы броситься на детеныша и придавить его коленом к толстому корню. — А ты лежи там, тварь! Место!

Мать боялась ползти и только скалилась. Секунду она мешкала и вдруг завыла о помощи. Тотчас над оврагом возникла мощная тень самца. Хрустального дикобраза, ни дать ни взять. Самина, не спуская с него глаз, нащупала острый камень.

— Уходи! Не успеешь пикнуть, разобью ему башку! Уходи!

Девушка замахнулась над крысенком. Она была готова это сделать. Настолько близка к этому, что взрослые твари сдались и поджали хвосты, отступая. Самина взяла детеныша за шкирку покрепче и поднялась на ноги. Она вся дрожала. Крысеныш был тяжелый, извивался и царапал ей руки. Но теперь и сам дьявол не мог вырвать у нее добычу. Родители ходили кругами, рычали. Вот-вот прыгнут и выбьют крысеныша из рук! Она выскочила с ним из оврага.

— Эй, твари! — стая замерла. — Я убью его, если не уйдете! Я сломаю ему шею, только сделайте шаг в мою сторону!

Чудовища бросили потрепанную стрекозу и оскалились. Обезьяны на холме всполошились: им нужно было срочно восстановить контроль. Приматы запрыгали, забили себя в грудь и принялись кидать в крыс палками, камнями и комьями земли. Они возвращали их к бою. Крысы сделали неуверенный шаг к Самине, но тут прямо над ее головой мелькнула тень.