Книга Железный Аспид. Мир, страница 76 – Н. Мар

Полицейский сомкнул веки, но шумно вздохнул и обернулся, проверяя, на месте ли Эйден. Отвернулся и вздохнул опять. Конечно, он проходил много разных тестов в управлении, но в более странной затее еще не принимал участия.

— Ну, давай. Если не струсишь, расскажу, зачем я здесь на самом деле.

Ирмандильо качнулся назад и — ап. Холодная и твердая земля дала ему звонкий подзатыльник.

— Доверял, надо же. Приятно, — синтетик перешагнул оглушенного робота и пошел дальше. Ирмандильо догнал его спустя минуту.

— Вы обещали признаться. Я свою часть условия выполнил.

— Между нами, роботами, — заговорщицки начал Эйден. — Я думал, ты усвоил два урока на основе одного.

— Но Вы сказали, цитирую: если не струсишь, расскажу, зачем я здесь на самом деле.

— А если проголосуешь за меня, отменю налоги и увеличу пособия.

— Понял. Этот имперский культ Железного Аспида кажется немыслимым теперь, когда я Вас знаю.

— Секрет моей популярности в том, тефтелька, что из триллионов подданных лишь единицы знают меня лично.

* * *

Двое перебирались с внутренней стороны бублика на внешнюю. Самина решила так, потому что горизонт стал дальше, а гравимали встречались чаще. Значит, действие устойчивой центробежной силы потихоньку сменялось якорями. Где-то на краю неба взошла оранжевая звезда — громадное местное солнце. Лес из черного стал коричневым в его лучах. Потом серым. И наконец болотно-зеленым.

— Бритц.

— М.

— Куда мы идем вообще?

Этот вопрос родился у нее километров пять назад, но стрекоза в окровавленном анораке показалась не лучшей партией для беседы. И худшей компанией для чего бы то ни было. Кроме, пожалуй, массовых расправ.

— Ищем подъем на второе кольцо. Надо выбраться к алливейцам.

— Они ненавидят эзеров меньше, чем другие?

— В истоках взаимоотношений растений и насекомых — знакомый тебе симбиоз.

— Ты знаешь, где искать этот подъем? Как он выглядит?

— Никак, — показалось, Кайнорт хотел закончить на этом болтовню, но передумал и снизошел до разъяснений. — Ты стоишь на внешнем краю третьего кольца, на каком-нибудь возвышении, и ждешь. Рано или поздно точно такой же холм второго кольца пройдет над головой. Тебя поднимает, цепляешься покрепче — и едешь. Если не размажет. Вот такое место нам и нужно отыскать.

— А дети твои где?

— Где-то рядом. Миаш и Юфи сами о себе позаботятся. Они улетели чуть вперед, а я не могу: шчеры перехватят нас по вибрации крыльев.

— Но пауки не умеют летать.

— Зато стреляют неплохо. Быстро унести тебя не смогу, крыло сломал.

О том, что повстанцы вооружены, Самина как-то не подумала. Оттого и гломериду пришлось бросить: ее сбили бы еще на взлете. Мрачный лес, ожидание гигантских пауков за каждым деревом и диастимагия — все это не допускало мыслей о высоких технологиях. Все сильнее пугала эта планета. Девушка присела на поваленное дерево, Кай прислонился к другому рядом.

— Это было ужасно. На корабле, когда…

— Знаю. Тебе еще повезло: фантазии на самоистязания у тебя совсем нет.

— Тебя она в свое время подвела, да?

— Да.

— Зря ты лицо себе не порезал.

— Ты просто не приглядывалась, — задевать Кайнорта было как забрасывать галькой океан.

Вообще-то Самина хотела поблагодарить его за спасение, но опять укусила. Заслужил. Да и вряд ли та кислота на корабле убила бы девушку. Ее собственный яд был крепче, ядреней.