Книга Железный Аспид. Война, страница 95 – Н. Мар

— Ненавижу тебя, насекомое.

— В принципе, ничего нового.

— Я смела поверить в тебя. Боже, я даже подумала, что тебе есть дело до смертных!

— Я не человек и, невзирая на крылья, отнюдь не ангел, — Кайнорт вздохнул. Перекур затянулся, пора было сворачивать разговор. — Так вот, Сиби, сейчас лучшей твоей позицией будет не вмешиваться, как и раньше. Надень излюбленную маску светской львицы и спускайся вниз. Я хочу, чтобы ты держалась как можно дальше от этого дела. Равно как и от Башни Эзеров.

— Это угроза?

— Не ты ли сравнила меня со служебным псом, что нападает без предупреждения? Я не знаю, что ты вообразила обо мне за последние полчаса, но нет. Это не угроза. Не лично от меня. Харген ведет постоянное наблюдение за башней. Он и мне не слишком доверяет. А тебе — особенно. Думаешь, он не сопоставит твои визиты сюда с утечкой информации к повстанцам? Пыток тебе не выдержать, ссылки — тоже.

Сиби отрешенно молчала. Бритц знал, что ей нужно время, чтобы прийти в себя и принять вид примерной жены советника. Первой леди.

— Трагедия в том, что ты легко могла заполучить любого мужчину, какого бы ни пожелала. Но в мужья выбрала жестокого самодура, на которого в своих же пресс-релизах напяливаешь образ великодушного короля. Когда ты начала в них верить, Сиби? С любовником та же история. Примеряла доспехи благородного рыцаря на обычного убийцу. Очнись.

— Я поняла, Кай. Гиены в балетных пачках — не пудели, а все те же гиены, только злее. Спасибо, что никогда меня не обманывал. — Сиби нетвердым шагом покинула шпиль. Женщина не была уверена, что эзер даст ей разбиться, и только поэтому не прыгнула. Наверное поэтому.

После ее ухода Кайнорт закрыл глаза, сделал последнюю затяжку и, не превращаясь, полетел вниз. Он не расправлял крылья, просто падал, и падал, и падал.

«Что будет, если я разобьюсь? Чуть позже я просто встану и выполню приказ. Нет, я боюсь не смерти. Я боюсь нового себя, который придет следом. Он может быть слишком похож на прежнего».

У самой земли, в каких-то сантиметрах от мостовой, Бритц обернулся стрекозой и затерялся в темноте.

Утром лаборатория Шимы Кафта дышала стерильной свежестью. Холодный искусственный свет бил в панорамное окно конференц-зала. На Бране он менялся в течение дня — от бодрящего голубоватого до теплого молочного к вечеру. В воздухе не парило ни пылинки. Между белыми стенами, серыми интерактивными панелями и прозрачными экранами бесшумно скользил Эйден. Он казался частью высокотехнологичного интерьера. Бодрый и подтянутый, гладко выбритый, аккуратная стрижка волосок к волоску. Выездковые кони рядом с ним смотрелись бы кудлатыми шавками.

Ночная вылазка?

Побег по катакомбам?

Драка с капитаном охраны?

Бога ради, да я всю ночь на зарядке стоял.

Даже прикрытый третьим веком, левый глаз будто так и был задуман: уж чего-чего, а свои шрамы император умел носить с небрежным достоинством. Что поделать, раз их так много. Профессор Кафт озаботился тем, чтобы обеспечить андроида привычным гардеробом — форменным черным и никаких комбинезонов — но Эйден презирал мелочные принципы и не имел ничего против серого при посторонних. При Бене, например. Шиманай оказался слишком уж далеким от войны с ее грязными штучками, раз решился на прямое противление председателю. А значит, это был по-настоящему ценный союзник, выдавать которого представлялось неразумным. И робот облачился в костюм робота.