Книга Железный Аспид. Война, страница 35 – Н. Мар

— Чего ты боишься, Зури? — вкрадчиво прозвучало за его спиной. А может, в голове?

Стряхивая наваждение, первый советник шагнул к выходу из зала. Он так долго мечтал покончить с имперской занозой. Но сейчас, широко распахнув двери, Харген крикнул в коридор:

— Робомедиков сюда! Живо!

* * *

Служебный карфлайт уносил Самину и Ориса прочь от суда. Брат пришел в себя и теперь возбужденно делился пережитым на арене. Правда, делиться ему было особо нечем — большую часть времени он провел там в полуобмороке. Самина, которая держала себя в руках на арене, теперь впервые за много лет плакала. Да что там, откровенно по-девичьи ревела. Вся ее напускная вредность, отшлифованная годами вынужденного родства, слетела в тот миг, когда палач выбросил Ориса на арену. А когда увидела, что император подходит к брату с кинжалом, едва не сошла с ума.

Но тиран и деспот не тронул юношу, хотя мог взять в заложники, мог просто убить из мести. Сходство Ориса и Харгена было настолько очевидным, что сомнения в их родстве возникли бы только у слепого. Жестокий убийца, обвиненный в тяжких преступлениях, не воспользовался шансом прикончить сына давнего врага. Хотя этот шанс свалился ему прямо в руки.

— И знаешь, сколько я поднял на этой казни? Хватит на целый звездолет! Ну, конечно, не прямо на целый, а на камбуз точно.

— На гальюн тебе хватит… — по привычке остро, но беззлобно пробормотала Самина и спохватилась. — Так ты что, тоже ставку делал⁈

Орис посмотрел на нее как на дурочку. Из-за этого взгляда она лупила его в детстве, ох как лупила.

— Естественно! Не от своего имени, конечно.

— Но как ты мог выиграть, ты же… Ты что, поставил на то, что император продержится так долго?

— Ну ты и глупая, — протянул брат. — Бери выше: я поставил на то, что он наваляет палачу!

Самина закрыла глаза и попыталась осмыслить услышанное. Ее брат, надежда отца, будущий правитель Альянса, с самого начала болел за императора?

— Орис, но ведь это какой-то абсурд…

— Абсурд — это твой цвет волос. Самина, ты думаешь, я один такой? Думаешь, это я придумал на него поставить?

— А кто еще?

Ей с трудом верилось, что кто-то в здравом уме мог допустить настолько ультралевые мысли.

— Да почти все преподаватели академии! Ветераны, которые воевали против имперцев. Они с обеда только и твердили по всем углам, что ставить надо на Эммерхейса и как он крут. Нас таких несколько тысяч, иначе б я и впрямь мог купить звездолет на свой выигрыш!

Орис задорно рассмеялся, будто и не лежал только что на эшафоте, на волоске от гибели. Самина в порыве волнения и заботы поправила его смятый воротник.

— Надо бы мне почаще вылезать из своей лаборатории. Хоть внешним миром поинтересоваться для разнообразия. Чтобы ты не смотрел на меня больше, как… на идиотку.

— Да уж. Или парнями… Для разнообразия. А то злая как крапива.

Та хмыкнула в ответ. Обсуждать своих мужчин с братом она сочла неуместным.

— Интересно, сохранят ему жизнь?

— Кому, императору-то? Не знаю… Я бы сохранил. Страшно, если империя и правда нападет всем скопом. Придется жрать синтетику.

— Ладно. Приехали. Сейчас мама-то на тебя набросится. Видела, наверное, в прямом эфире твой дебют. Крепись.

И они вышли из карфлайта, держась за руки. Как в детстве.

— Если честно, — шепнул на ходу Орис, которого не оставляли впечатления, — я сперва даже подумал, что он человек. Пока ртуть и шестеренки не полетели. Но и робот из него тоже какой-то ненормальный.