Книга Судьба наёмника, страница 46 – Сергей Воронов

— Да конечно! А я все это время под юбками в тавернах прятался так считаешь что ли?! Да что ты вообще обо мне знаешь?

— Меня жизнь навозных жуков не интересует!

— Ну всё! — Кирен бросился на Энрика, поддерживаемый возгласами моряков, и схватил того за горло.

В этот момент Хазард краем глаза увидел Милеса, что неспешной походкой шёл к наëмнику и похоже совсем не переживал из — за ссоры двух соратников.

— Стоит их разнять? — Спросил юноша, повернув голову к южанину.

— Зачем? — Милес встал рядом с Хазардом опираясь на борт и сложив руки на груди, наблюдал за происходящим. — Неужели, друг мой, вы ни разу не убеждали своего брата, в ошибочности его суждений при помощи пары крепких ударов? — удивленно приподняв бровь спросил южанин.

— У меня нет братьев.

— Сочувствую. — Тон Милеса ни капли не изменился и судить о том, в правду он сочувствует или же это была лишь дежурная вежливость, не удавалось. Похоже, что природное умение южан заменять практически любую эмоцию на вежливость и добродушие, в большей степени проявлялось у Милеса во время спокойных и мирских бесед. То, что порой так тяжко давалось северным высоким особам, для южан было частью жизни.

— Значит Кирен и Энрик — братья?

— О, они даже родились в один день, — с широкой улыбкой произнёс Милес, — Правда, от разных матерей. Их отец — один из приближённых к королю графов Эниура. После трагической кончины его жены, что не успела подарить ему наследника, граф стал, скажем так, очень активным в отношении женщин. Результатом стали эти два прекрасных человека. — Милес указал на соратников в тот самый момент, когда Энрик, подарив морякам новое залихватское ругательство, от души ударил Кирена под рёбра, а затем свалил на палубу.

— Их отец уже стар, — продолжал Милес абсолютно спокойно, — Но он так и не решил, кто из братьев более достоин занять его место, поскольку каждый из них ни раз доказывал, как то, что способны стать правителями, так и то, что абсолютно для этого не готовы. Но каждый из них хочет занять место отца. Возможно где-то в глубине души, они надеются, что этот поход им поможет.

— Ещё один способ доказать, кто из них достойнее?

Милес задумчиво промычал, а после сказал:

— Нет, я думаю, каждый из них надеется, что второй просто погибнет.

В этот момент на палубу вышел боцман.

— Что за шум, отрыжки больной акулы?! — Рявкнул крепкий высокий мужчина с обнажённым мускулистым торсом, громко хрустнув костяшками. — Вам заняться нечем?! Сейчас всю палубу отдраите и каждую дощечку пересчитаете, и только потом я разрешу высунуть ваши языки оттуда, куда я вам их засуну!

— Идем — коротко шепнул южанин и направился к боцману, Хазард последовал за ним. — Прошу прощения за моих людей — Громко произнёс Милес выходя наперерез боцману. Боцман был на голову выше южанина, и недовольно смотрел на него сверху вниз, Милес же оставался все так же дружелюбен.

— Что здесь устроили твои сухопутные отродья?!

— Мои соратники просто хотели поделиться новыми техниками боя, и немного увлеклись, такое больше не повторится.

Боцман казалось хотел вбить южанина в палубу одним взглядом и у Хазарда возникало чувство, что он вполне на это способен. Но пристальный и тяжелый взгляд не действовал на южанина, он все также добродушно и уверено смотрел на боцмана. Наконец, последний заговорил.